Глаза Кейлин выглядят тусклыми и безжизненными. Её магия накрывает меня, маскируя, но кажется такой… слабой.
— Как думаешь, волк может оказаться прав? — спрашиваю я, неожиданно для себя задав вопрос вслух. Я думал об этом последние несколько часов.
Она хмурится.
— В чём?
— Он сказал, что Несущий Ночь поделился с тобой своей магией и может… не знаю, что имел в виду волк, но… Вдруг Несущий Ночь может контролировать тебя? Как тебе кажется? В этом месте…
Кейлин пожимает плечами.
— Выжженные земли странно влияют на меня. Я не думаю, что дело в Несущем Ночь. Его магия стала моей. Я в этом уверена. Одним из условий сделки было то, что магия будет полностью под моим контролем.
Киваю.
— Это хорошо. Раз ты уверена…
— Я уверена. Я прекрасно помню те ощущения, когда она жила своей жизнью внутри меня, — Кейлин встряхивает головой. — Теперь она полностью моя.
— Ладно, — бормочу я, не став развивать тему. Меня радует её уверенность в том, что Несущий Ночь не воздействует на неё изнутри, но это не отменяет того факта, что она справляется не так хорошо, как хотелось бы.
Я стараюсь не трогать её лишний раз, оставить в покое, но мой взгляд то и дело находит её в углу пещеры.
Она ёрзает на месте и заламывает пальцы, будто ей сейчас не очень комфортно. Несколько минут спустя она начинает поглаживать волосы и менять позы. Прислоняется головой к стене и тяжело дышит.
Затем она всё-таки замечает мои подглядывания, морщит нос и скрещивает руки.
— Что?
Ухмыляюсь. Меня умиляет эта её оборонительная позиция.
— Ничего. Просто нравится смотреть на тебя.
На долю секунды её глаза широко распахиваются, а щёки алеют. Но она быстро скрывает эмоции под маску и закатывает глаза.
— Ага, конечно. Маньяк. О чём ты на самом деле думаешь?
Сжимаю губы в тонкую линию и тщательно обдумываю следующие слова. Мне правда нравится смотреть на неё. Это и больно, и приятно одновременно. Но, может, стоит сказать всю правду?
— Я просто обеспокоен. С тобой что-то не так. Ты выглядишь уставшей и словно не в своей тарелке. Я просто хочу убедиться, что ты в порядке.
Кейлин медленно кивает.
— Чувствую себя измотанной. Не знаю.
Она притягивает колени к груди и опускает взгляд на землю.
— Тебе нужно поспать? Я могу постоять на страже, — мы оба знаем, что план был другим, но не хочу на неё давить. Если ей нужен отдых, значит, найдём способ его организовать.
— Нет, — шепчет она. — Я не хочу спать.
Я прищуриваю глаза, вновь приглядываясь к ней. Что-то не так. Если дело не в чужой магии и не в физической усталости, может… может, она уже морально сдалась? Что, если источник её мучений — не чудовище из ночных кошмаров, а настоящая депрессия?
У меня сводит живот.
— Подойди сюда, — шепчу я, устав гадать на кофейной гуще. Устав бояться потерять её. Она нужна мне здесь и сейчас. И не на расстоянии вытянутой руки.
Её глаза вспыхивают, золотистый блеск мелькает в них, но всего на мгновение. Впервые за всё время я представляю её своей невестой. Любовью всей жизни. Матерью моих детей. Это настолько невероятный образ, что мне приходится моргнуть несколько раз, сдерживая подступившие слёзы.
— Давай наслаждаться теми мгновениями, что у нас есть? — вот и всё объяснение моим странным действиям. Я хочу видеть её рядом. Чувствовать в своих объятьях. Мне нужно её тепло и присутствие.
— Давай, — шепчет она в ответ, присаживаясь рядом со мной.
Я не могу получить всё, что хочу, но могу позволить несколько мгновений. Могу украсть у судьбы пару счастливых моментов то тут, то там.
Кейлин пододвигается ближе, но недостаточно близко. Я подаюсь вперёд и обнимаю её за талию, чтобы притянуть ещё больше к себе. Она не сопротивляется, хотя её сведённые брови говорят о замешательстве. Я усаживаю её между моих ног, спиной к моей груди. Одной рукой обхватываю талию и крепко прижимаю к себе, опуская подбородок на её плечо.
Эта поза не про секс. В ней нет страсти, но есть настоящая близость.
Дыхание Кейлин глубокое и контролируемое, словно она пытается успокоиться.
— Всё в порядке? — шёпотом спрашиваю я. Прядка её волос колышется от моего дыхания.
— Да, — она устраивается поудобнее, ещё ближе ко мне.
Потрескивание огня едва слышно вдалеке, а оранжевый свет становится ярче. Вскоре мёртвые начинают подавать голоса.
Ветер доносит их стоны и завывания задолго до того, как мы замечаем появление хоть одного из них.
Рука Кейлин на моём предплечье сжимается, её ногти впиваются в мою кожу.
— Шшш, — шепчу я. — Расслабься. Сосредоточься на магии, что защищает нас. С нами ничего не случится.