М-да, если бы людям живущим в этом мире кто-то раньше дал волшебного пенделя, то они бы не жили в таких чудовищных условиях, питаясь одним мясом. Ведь оказались очень даже сообразительными ребятами, практически все работали на голом энтузиазме. Были уникумы, что пытались отлынивать от работы, но их свои же и вернули на землю грешную, направили на путь истинный, отвесив подсрандель чудодейственный. Остаться на сух пайке никто не хотел, а именно это и грозило бездельникам.
Третья телега у нас была с оконными рамами заготовленные по зарубкам и готовыми со стёклами. Также там были двери с дополнительной заливкой тамрового сока и дверки на печку. Дверки мои трамницы-стекольщицы заливали случайно приобретенным и усовершенствованным трамником. Точно, как и я, они оставили ведёрко с соком, только разница в том, что у меня получился прототип пластика. У них же вышел новый, огнеупорный материал, его уварили до состояния густой, тянущейся массы и вылили как брак, часть массы попала на заготовленные для печи дрова. Я выбирала золу и нашла покореженные пластинки, долго не могла понять, что это, пока не увидела плотный комок возле дров. Чисто интуитивно, забросила его в огонь, только не в печи, а в открытый для обжига бамбука. Комок не поплыл как мой пластик, не стал мягким, только сильно нагрелся. Расспросив у девочек каким, он стал, когда они его выбросили и стала экспериментировать.
Так у нас появился огнеупорный трам которым мы с Эрией покрывали дверцы в печь и заливали “варочные плиты” на печке. Единственный и огромный минус этой смеси, его много не сделаешь на одну порцию, он застывал и схватывался в плотный ком очень быстро, чтобы нанести его на поверхность у нас было минут пять максимум. Поэтому, варочные плиты покрывались частями. С дверцей в первый раз у нас вышел конхфуз. Поворотные ручки, которые плотно закрывали дверцу, мы залили, и они утратили свою прямую функцию, ручка не поворачивалась. Благо эта дверца плотно закрывалась, мы не стали ставить её кому-то в дом, в этот момент выкладывали печь на просушку самана, и она ушла туда. Учитывая то, что в этой печи была не маленькая и постоянно высокая температура, дверца прошла свой тест-драйв на отлично. На печи для степного племени, мы заготовили по двадцать пар дверей, столько же колосников и варочных плит. Когда будет больше свободного времени, поэкспериментирую с нашей находкой и попробую сделать варочную плиту со съёмными кольцами, такие были на плите у бабушки с дедушкой. Он отодвигал их чтобы вода в большой, двадцати литровой кастрюле быстрее закипела или чтобы засыпать отсев из семечек, он давал много жара и тепла, экономя дрова и уголь.
Четвёртая телега была заставлена ульями для пасеки, я не знаю сколько мы найдём роев с пчёлами, на всякий пожарный запаслась шестью. Эрия собирала мне мох, который мы сушили на остывающей печи с блоками, а потом, плотно выложили между двумя бочками. Так я хотела создать тёплую подушку для пчёл на зиму, их дополнительно занесут в землянку или, если успеют построить, отдельный сарай. В этом году мёд не будем забирать. Алоиз расстроится, но это его проблема. Пчёлам тоже нужна еда, чтобы рой пережил зиму. А вот в начале лета уже можно будет собрать первую партию вкусности, и пчёлы продолжат собирать мёд с новыми силами. Рамки для сот вставлялись в прорезанные пазы, их было по пять разной ширины, в зависимости где стоит рамка. Центральная самая широкая, с краю самая узкая. На рамки были плотно натянуты жилы, добытые женщинами из бизка. Я так и не научилась этому умению.
Помню, как дедушка их устанавливал с готовыми восковыми сотами, но и упомянул что можно обойтись без них. Просто, тонкая проволока тогда крепиться ближе к друг другу и пчелы сами мастерят соты, заполняя их мёдом. С готовыми было удобнее, потому что их легче опустошать, срезал верхний слой и в центрифугу. У нас готовых нет, а об воске в этом мире ещё не известно. Рамку сделала не на всю высоту улья, оставив сантиметров пятнадцать, для их природного улья, нам же нужно их переселять целиком. Потом рамки установим сверху. Также сделала дымовой бочонок с широким носиком, помню, как деда усыплял пчёл дымом, чтобы те не кусали и не вредили захватчику их вкусняшки.
В эту телегу мы погрузили муку и мельницу. Муки взяли пять, а не два обещанных мешка. Пять мешков с рафинадкой, огурцы с кабачками, помидоры и тыквы, капусту. С семян, которые я собрала с Тохиной капустной половинки, у нас вырос отличный урожай капусты. Она стала любимой начинкой в пирогах и пирожках, квашенная капуста сначала не зашла, но потом распробовав люди вошли во вкус. Мы так же поделились и консервацией. Девчонки закрывали на ровне со всеми и им я отдала по десять бочонков разной консервации, её мы разделили на разные полки в холоднике, который после реконструкции стал кладовкой для бочонков с запасами. Уксуса девочкам выделила не много, около полутора литра на каждую. Его я с дуру наварганила три больших ведёрка, литров по двадцать и теперь, когда консервации много, не жалею об этом.