В пещеру вошёл недавний старец. Видимо, он и есть шаман.
– Очнулась? !
– Она говорит, что у неё нет памяти. Боги забрали, - меня, сдали с потрохами.
– Вот как? Хм. Боги мудры. Им надоело, что ты пытаешься их обмануть, - старик, ткнул в меня пальцем.
– Она спрашивала про племя. Не смотри на вождя, Он мой мужчина. Ты не достойна даже смотреть на него! - прошипела, как змеюка.
О, да тут сцена ревности.
– Корая! - тихо, но строго отдёрнул девушку шаман.
– Да, отец, – девушка с поклоном опустила глаза.
Отец? Это получается, что по словам этой девушки, он мой отец. А она? Так, а она мне, получается, сестра?
Чем дальше в лес, тем больше дров.
Как бы мне не хотелось верить во всё происходящее, но, вывод напрашивается сам.
Я - попаданка.
– Скажите, я могу выходить на улицу? – мне хотелось осмотреть местность, в которой я оказалась, чтобы окончательно убедиться в своей теории.
Шаман посмотрел из-подо лба, поджал недовольно губы, но, кивнул. Затем развернулся и ушел к костру, прихватив с собой Кораю.
Я поняла, что меня игнорируют спустя несколько часов. На мои вопросы не отвечали. Сестра и вовсе сбежала. Поэтому, собрав свою слабую тушку до кучи, я по стеночке доковыляла до выхода. Солнечный свет резанул по глазам. Проморгалась, привыкая к яркости.
Пещера шамана, находилась на небольшом возвышении, а, чтобы старику было легче забираться в пещеру, на её пороге сделали земляную насыпь.
Племя аборигенов, а по другому их не назовешь, находилось на небольшом участке перед пещерой. На вскидку, где-то двадцать тридцать шалашей, покрытых шкурами. И чем дальше шалаши от пещер, их было несколько, тем шалаши беднее. Есть предположение, что одна из пещер принадлежит вождю, та, в которой очнулась я - шаману. Иерархия во всей красе. Возле ближних шалашей расхаживали мужчины, о чем-то переговариваясь между собой. Слышно было лишь короткие фразы. Увидев меня, они отворачивались и делали вид, что меня не существует. Пройдя треть шалашного "городка", передо мной стала крупная женщина. Её лицо скривилось от злобы.
– Убирайся, проклятая. Ты не возьмёшь души детей! Прочь! - она замахнулась на меня копьём. Близко не подходила, лишь пугала.
Не став лезть на рожон, я развернулась и пошла назад в пещеру. Доковыляла до входа, стала отдышаться. Сил, чтобы двигаться, было ещё мало. Слабость после болезни давала о себе знать.
Оглянулась вокруг. Рядом со скалами находился густой лес. Судя по природе, сейчас была средина лета. Листья на деревьях радовали густой зеленью. Сухой травы ещё не было видно, зато она была высокой и сочной. Немного погрелась на солнышке и подышала свежим, не загазованным воздухом. Войдя в пещеру, сощурилась. Глазам пришлось заново привыкать к перепаду, только теперь к нехватке освещения в пещере. Единственным источником света был костер, разведённый посредине пещеры и обложенный камнями.
В таком режиме, прошла неделя моей жизни. Я выбиралась на улицу и гуляла вдоль скалы, доходила до края леса и возвращалась обратно. Садилась у входа в пещеру и наблюдала за людьми. Женщины всё время, что-то чистили и мыли, некоторые скребли шкуры. Дети бегали в центре лагеря. Контроля над ними не было, что удивительно, они не выходили за пределы дозволенных шалашей. Видимо, боязнь опасности сильнее детских шалостей. Роль мужчины для меня так была и не понятна. Ясно одно, мужчина племени - добытчик. А то, что он охотится от силы пару раз в неделю, так это так, не женского ума дело. Остальное время они бесцельно шатаются, даже тренировок нет. Хотя, я могу быть и предвзята, ведь дальше первой линии шалашей я не заходила. Также, не рисковала снова нарваться на какую-нибудь бабу-убийцу, думающую, что я забираю души их детей.
Меня игнорировали, и меня это полностью устраивало. Даже шаман, больше не подходил. Я ела из общего котелка, точнее бурдюка. Спасибо, хоть в еде не ущемляли. Единственной проблемой, были руки, которые полоскали в этом бурдюке. Эта проблема была только у меня, остальным, грязные руки аппетита не портили. Мне приходилось засовывать свою брезгливость глубоко и поглубже, потому что - есть хотелось постоянно. Мы питались только отварным мясом, больше ничего в наш рацион не входило.
Всё изменилось тогда, когда на небе появилась полная луна с ободком. Она была огромных размеров. Именно увидев её, я поняла, что да, я - попаданка. Можно подстроить и разыграть племя и их обитателей. Я даже поверила в теорию, что мне под гипнозом, навеяли знание непонятного языка. Но, ночное светило подстроить невозможно. В эту ночь, я не нашла ни одного знакомого созвездия. Этот мир был не Землёй.
Именно в эту ночь, меня потянуло в неизвестность. Точно так же, как и в той пещере, в которой я упала, прежде, чем оказаться в этом мире. Сопротивляться зовущей силе я не могла. Шла, как под гипнозом, карабкалась по скале, пока не оказалась точно в такой же пещере с колодцем, в который я свалилась на Земле. Чем ближе я к нему подходила, тем отчётливее слышала шепот. Он был в моей голове. Мне казалось, я схожу сума. Рухнув на колени перед колодцем, я схватилась за голову. Со рта вырывались хрипы. Закричать я не могла. Голос в голове становился назойливее, пока меня не окатило каким-то разрядом. Голос стих. Наступила долгожданная тишина. Мое тело рухнуло на гладкий камень. Было впечатление, что из меня вытянули стержень.
На меня нахлынули воспоминания. Не мои. Они были той, в чьё тело меня закинули.