Кто из нас главный вождь, вопроса даже не поднималось и я, и Рабор были равноправными в этом вопросе. За это, ему отдельное честь и хвала.
Когда его племя решило присоединиться к моему и перебраться к моим горам, для них ещё будет сюрпризом, что им предстоит жить не в пещере, а в ущелье окружённом скалами. Он собрал своих людей и при них спросил хочу ли я взять их в своё племя и стать им вождём. Для начала, я уточнила у них, все ли сами решили присоединиться к моему племени, и если есть те, что хотят остаться в пещерах под землёй, ведь Крух для них больше не опасен? Здесь были те, что уже решили остаться, несколько женщин ушли в племя пещерных, а вчера к ним присоединились и те охотники, которых спас Рабор. Кроме племени мужа, к нам захотели присоединиться и небольшое племя лесных, их было не так уж и много, и я не понимала почему они не присоединились к своим соседям. Рабор объяснил мне, что это не совсем племя, это семьи из разных лесных племён, которые объединились, чтобы я их забрала к себе. Охотники из бывшего племени, оказались ещё теми базарными бабами, трепали и хвастались что их племя стало хорошо жить, благодаря их вождю. Он смог меня уговорить им отдать все знания, что делают жизнь племени лучше. Сказать, что я в шоке, ничего не сказать. И тогда вождь из степных напомнил им, что я больше не буду им помогать и их вождь не сможет ничего сделать, так как я уже победила его в бою.
Это меня и спасло, если бы я проиграла, он мог потребовать всё что угодно. Или мою пещеру, или сделать всё что я сделала им, или меня в жёны, у него была она одна. Есть подозрения, что тот бой был не случайный. Главное, что всё закончилось в мою пользу.
Я бы конечно фиг бы кому-то служила, просто бы собрала манатки, завалила проход в пещеру и смылась в ущелье, прихватив с собой семейство.
Хорошо, что хорошо кончается. Для меня, по крайней мере.
Для того, чтобы люди не подумали, что Рабор потерял право вождя передавая его мне, я сразу предупредила, что мы пара равная перед Богами, а значит и вожди мы в равных долях. Его слово такой же силы, как и моё. И когда Рабор разберётся, что и как делается на моих землях, то сможет самостоятельно принимать решения, а пока этого не случилось лучше обращаться ко мне, ведь это мой дом. Люди остались довольны моим решением, для них мужчина - вождь привычнее, а я для них больше дитя Богов, моё слово и так неоспоримо. Если я дала задание, его делали и не нудели. Радовало, что они видели и понимали сколько всего я могла сделать для другого племени, а значит и они будут жить лучше.
Когда мы пошли в очередной раз за водой, то в лесу мы вышли на огромную поляну с кукурузой. Нарвала молодой кукурузы в пустой рюкзак, что остался из-под хлеба, хочу всех порадовать отварной вкуснятиной.
Когда возвращались к стоянке, я оставляла на деревьях себе ориентир, обязательно вернусь за ней осенью, это хорошая находка не только для птицы на зиму, но и нам на каши.
После очередной стоянки, мы снова пошли за водой и среди деревьев, я обнаружила кусты с фруктами, похожим на райские яблочки. Когда откусила, рот заполнил терпкий, горько-сладкий вкус, выплюнула. А когда мы дошли к реке, меня осенило, что именно мне напоминает то послевкусие, что долго оставалось во рту. Оливки! Эти райские яблочки ничто иное, как оливки! Назад, я к ним бежала, одно ведро оставила без воды - пустым, и нарвала в него самых спелых на мой взгляд плодов.
На обратном пути, также как и в прошлую находку, я оставляла на деревьях отметины.
- Когда мы придём домой вы отдохнете и вернётесь за этими плодами что я собирала. Они очень ценные, из них мы будем доставать их сок, и женщины, будут готовить вам вкусную пищу, - объясняла мужу и охотникам зачем мне нужно, чтобы они за ними вернулись.
- Хорошо Эва-Саан, мы придём. Ты оставила нам знаки на деревьях, чтобы мы их нашли?
- Да, так вы не пропустите это место и быстрее вернётесь домой. Я сделаю вам такие же удобные сумки как у меня и вам не будет тяжело с ними идти.
- Я пойду с ними и помогу им, мы так больше возьмём, у нас теперь большое племя, - да, мой медведь треть поляны на себе унесёт.
Меня радовало, что его рана очень быстро затягивалась и по приходу домой я сниму швы, пока он в дороге я боюсь, что рана может разойтись. Хоть меня и уверяют, что она уже совсем не беспокоит.