Знаете ли вы, как сложно промыть длинные волосы? Сколь тяжел уход за этим удивительным длинным водопадом роскоши в быту? Внешне - все просто замечательно! Но, даже в наш век продвинутой и навороченной косметики, чтобы промыть голову, да с масочкой, да с кондиционером, да с настоем для ополаскивания, уходит не меньше полутора, а, то и двух часов! А ведь потом они еще и сохнут!
И на этом кошмар не заканчивается. Вы вот скажите - а что же еще-то? Помыла и ладно! Э, нет.... Дальше начинается еще один не менее трудоемкий, а главное, как правило, весьма болезненный процесс - РАСЧЕСЫВАНИЕ! И это тоже занимает время. Так что, раз в неделю, вам приходится почти весь день посвящать этой красоте. При этом все, о чем вы мечтаете в течение данного дня - это подстричься!
Ловкие пальчики Лизы творили просто чудеса! Как я уже говорила, детство мое давно закончилось. И не было никого, кто мыл бы мне голову. А тут...
Просто рай!
Я расслабилась, как никогда, понимая, что мне чертовски нравится такая жизнь хотя бы наличием в ней человека, что будет о тебе заботиться неустанно. День и ночь....
- Это ты сейчас о князе? - поинтересовался мозг, - так князьев мало, и на всех их не хватает!
- Прекрати. - Лениво подумала я, не желая вступать с ним в перепалку в момент, когда я вся, так сказать с головой, погружена в блаженство.
- Молчу, молчу... Иначе в глаз я получу, и подвиг свой - не совершу...
- Госпожа? - Я так увлеклась внутренней беседой, что не сразу поняла, что данный звук идет снаружи, а не изнутри. Пришлось открыть глаза. Карие глазки девушки были полны нетерпения, - вы что, заснули?
- Почти... - Довольно промурлыкала я.
- Госпожа, там мужики ведра с горячей водой принесли. Надо бы их запустить. - Я похлопала глазами, не улавливая зачем меня-то потревожили? Она вздохнула, и пояснила, - Я стол-то немного отодвину - чтобы ведра забрать?
- Да, конечно... - Осторожно согласилась я, с опаской следя, как она идет к двери, и тут же проявила обеспокоенность, - а ты сама справишься? Может, тебе помочь, все же он тяжелый... - в ответ она окинула меня таким непередаваемым взглядом, что мне почти захотелось утонуть в этой бадье!
- Уж если вы смогли его одна сюда подтолкнуть, - выразительно фыркнула Лиза, - то уж отодвинуть одна я его точно сумею! - И тут же наглядно продемонстрировала мне всю необоснованность моего беспокойства. Приняв ведра, и разбавив воду в лохани, она отдала их обратно, послушно ждавшим за дверью, мужчинам, и закрыла дверь, вернув стол на прежнее место почти элегантным движением бедра.
Скрежет при этом стоял невыносимый!
После чего, с хищным видом, Лиза намылила что-то, больше всего напоминающее тщательно прошитую тряпочку и принялась с усердием оттирать меня от пыли дорог. Не прошло и пяти минут ее кропотливой работы, как с той стороны в дверь что-то ударилось. Мы обе замерли, настороженно следя за входом. С той стороны попробовали еще разок. Так же безрезультатно. Предотвращая возможное вышибание двери, я рявкнула, основательно прибавив звук, чтобы меня однозначно расслышали с той стороны:
- Ну, и чего ломимся? Чего ломимся хотелось бы мне знать?
- Мари? - Голос Стефана был полон недоумения. - С тобой все в порядке, дорогая? - Я аж передернулась, услышав, как он опять использует это глупое слово. Он что же теперь так и будет меня называть всякими уменьшительно-ласкательными словами, чтобы окончательно свести с ума?
- Естественно, дорогой! - Передразнила я его. - А в чем проблема?
- Ну... мы слышали грохот и скрежет...
- Было дело.... - Признала я свою вину.
- Но... что это было? Мне сказали, что ты гневаешься и крушишь мебель... - В его голосе удивление было смешено пополам с осторожностью. Правильно! Все-таки он меня не так уж и давно знает, чтобы вот так запросто утверждать, что я не способна (с бухты-барахты!) начать крушить мебель! Я почти загордилась своей опасностью, но тут князь опять отвлек меня, - Мари?
- Запиралися они, ваше сиятельство, чего ж непонятного-то? - Подала голос Лиза, продолжая тереть меня со всем возможным усердием.
- От кого запирались? - Не понял он, и я тихохонько захихикала.
- От вас! - Пояснила, сдувая челку, горничная.
- От нас? - Я почти видела, как его бровь изгибается, приподнимаясь до упора, и выражая крайнюю степень оторопелости.
- От вашего сиятельства...