Я убрал запястье, чувствуя, как стремительно немеет замерзшее тело ниже пояса. Мари была ниже меня ростом, ей должно быть еще хуже... И я поднял ее на руки, прижимая к груди. Пока у меня есть силы, я буду держать ее как можно выше. Жаль, я не смогу выкинуть ее за пределы круга. Тьма теперь просто не пропустит ее...
Горькие мысли бились, как волны моря о скалы Орласта. Почему в хрониках не было сказано ни слова о возможности подобного ужаса? Я бы не стал так рисковать ее жизнью... Я попытался бы найти другой путь...
Почему же? Или раньше просто никогда никого не отвергала возлюбленная? Значит, я первый...Первый, кто оказался настолько не нужен... Не любим... Я это знал... Догадывался, что она не любит меня...Только хочет... Не важно... Главное, что для меня она стала всем. Самой близкой... Самой родной...Любимой... Желанной...
Единственной...
Что ж... Я буду держать столько, сколько смогу. А потом...
А потом просто закончатся ее кошмары, и она станет свободна...
От всего...
Даже от меня...
Она захрипела, забилась в агонии. Как скоро... А я так надеялся, что она проживет хоть чуть-чуть дольше меня... Последним, неимоверным для почти закаменевшего тела, усилием я поднял ее над собой, глядя, как золотые локоны треплет тьма. Мрак покрывал мою грудь и шею. Мрак сковал льдом мою плоть, отнимая саму жизнь... Выпивая... Впитывая, как губка воду... Еще немного и я не смогу говорить. Мари выгнулась от боли. Не сдерживаясь, я закричал:
- Нет! Не бросай меня! Пожалуйста...
Она всхлипнула, извернулась и впилась губами в мое запястье....
Тьма накрыла меня...
Я падал...
Падал...
Но рук не смел опускать...
Там, в далеком - далеке, моей кожи касались нежные губы...
Хоть бы у нее получилось...
- Хотя бы у нее! - молился я Маре Прекрасноликой, богине всего сущего в нашем мире... - Хотя бы у нее...
ГЛАВА 27
Я пришла в себя, чувствуя себя так, словно занималась подводным плаванием, позабыв наполнить баллоны кислородом. Меня мутило, тошнило и вообще, ощущения были просто ужасные. Все болело и чесалось немилосердно. Еще я осознала, что мне очень холодно. И что меня куда-то несут. Силенок на то, чтобы открыть глаза не было абсолютно. Мысленно я тут же высказала все гадости, какие знала, адресуясь к кольцу.
Защитничек...
Да с такими друзьями, как говорится, и врагов не надо! Что кольцо, что князь... Удружили! Странно, что я вообще еще жива. Меня тащили, как тюк с картошкой. Неловко и неумело. То локтем о стену приложат, то ногой обо что-нибудь заденут. Больно же!
Глаза все же пришлось открыть. Просто, чтобы узнать кто там такой заботливый? Вялый мозг остался совершенно равнодушен к появлению нового (да еще и такого чувствительно-неловкого) персонажа в нашей сказке... Это была совсем незнакомая мне личность. Неужто, князь все же отдал меня на потеху солдатне?
Впрочем, чего еще от него ожидать? Колечко-то заполучил, теперь, небось, рад - радешенек! Я сжала кулаки, чувствуя, как от ненависти все внутри леденеет. Убила бы этого урода!
Кольцо впилось в руку...
Это что еще за номера? Я, позабыв, что не хотела выдавать свой приход в сознание, пока не придумаю, что делать, поднесла пальцы к самым глазам. Кольцо прочно сидело на абсолютно целом пальце и исчезать никуда не думало. Что за черт? Я же помню, как Стефан отгрыз его. Кольцо что ли восстановило? И откуда оно само тогда взялось вновь на этом месте?
Что за мистика?
- Э - гм...- голос был не громче шепота, да я еще и обнаружила, что понятия не имею, как обратиться к молодому человеку.
- О, миледи, вы очнулись... - мне искренне улыбнулись, почти ослепив белозубой улыбкой.
- Чего ж ты такой радостный-то? - Изумился мозг, с кислой миной наблюдая за новичком. - Никак сделал гадость ближнему своему?
Впрочем, вслух я этого не сказала.
- Куда несешь? - попыталась я выяснить ответ на весьма волнительный для меня вопрос. А ну как на плаху? Или там, к примеру, в тюрьму?