Я так расслабилась, что лень было пошевелиться.
- Да еще, говорят, обругала вас, госпожа, она словами грязными. - Продолжала горничная, помолчав немного, но так и не дождавшись гневных высказываний с моей стороны. Я, пока что, очень даже хорошо помнила зубы князя на своем пальце... Если он так нужен этой бешеной дьяволице - пусть забирает!
- Вреш-ш-шь! - Зашипел мозг. - Не отдаш-ш-шь...
- Вот еще... - В реальности я выразительно пожала плечами, отвечая обоим. И мысленно добавила, специально для одного слишком умного зануды:
- Как показывает практика, в несвязанном состоянии он опасен!
- Ну так свяжи! И спокойненько пользуйся... Можно... - он задумчиво мурлыкнул, - и намордничек поискать... Для большей безопасности... Остальное-то, вполне... - Мозг замялся, подбирая слово, потом мысленно махнул рукой (слишком расслаблен, не хочу заморачиваться!) и сказал, как думает - употребляемо...
- Ну, да... - Не поверила я, сложив два и два: картинку, где князь одним движением ломает кровать, освобождая руки; и картинку, где он откусывает мне палец, с улыбкой заливая моей кровью все вокруг... И даже замерзла от подобной перспективы, невольно холодея....
Лиза заметила мое движение и добавила кипяточку...
Я опять расслабилась.
- Ну так, а кандалы-то... - Обрадовано вскрикнул мозг, - Дома! На ДЫБЕ! Помнишь? - Меня вновь передернуло. Я с усилием отвлеклась от него, осознав, что Лиза по-прежнему рассказывает и виновато спросила:
- Что? Прости, задумалась...
- А-а-а... Ну, бывает... Водичка-то горяченькая. - Проявила понимание девушка. - Расслабляет. Усыпляет...
- Ну... да. Так что там было, с послами-то...
- Ну, вот я и говорю... Все ждали-то, что князь ей прям там по физиономии-то двинет, чтоб язык не распускала. Ейный телохранитель так Караху прямо и сказал, я, говорит, думал, княже ваш, прям тама ей личико попортит! А он - нет. Промолчал. Спокойненько так встал, да и говорит: "Вы оскорбили мою дайни, я объявляю вам войну!". И вышел. А посольство чуть с ума не сошло! Говорят, посол, младший брат князя стефкастского, энтой фифе, сам по физиономии съездил. Что уж там дальше было, не знаю. А только ейные крики на весь замок были слышны. Видать учил ее уму-разуму. Ну, а уж потом они изъявили желание, стало быть, как положено, принести свои извинения. До истечения срока. М-да... - Она тихо вздохнула. - А никого уже и нет!
Девушка тяжело вздохнула и вдруг хихикнула:
- Вообще эта фифочка, княжна ихняя... очень странная особа. Твердит, что князя нашего любит, а сама при каждой встрече с Тарисом сцепляется, ну что кошка с собакой...
- И что ? - не поняла я.
- Ну... как же? - пропыхтела горничная. - Так ведь себя лишь влюбленные ведут, госпожа...
- Да? - удивилась я. - А я то думала, что как-то иначе...
Она оставила волосы. Намылила щетку пахучим мылом. Запах был все тот же. Он просто преследовал меня! Неотвратимо возвращал к мыслям о Стефане. О его глазах, его руках, его теле... Он волновал и по-прежнему будоражил кровь, впрыскивая невероятную дозу жажды в мои вены. И это после всего, что случилось...
Лиз принялась за меня, а я поинтересовалась, пытаясь отвлечься от мыслей об обнаженном мужском теле, что я тут видела в последний раз. А заодно и от кровавых сцен, что разозленный мозг стал выкидывать мне в сознание со скоростью бешеного принтера.
- Скажи мне, Лиза, а что это за запах?
- Ну, как же... Это же драйты! Любимые цветы князя! Вы еще духами такими духарились в ту ночь, ну, помните?
- Да... так князь их любит...
- Обожает! - Радостно затараторила девушка, охотно отвлекаясь от грустной темы. - Они растут у нас лишь зимой и совершенно не поддаются домашнему выращиванию. Их приходится искать в лесах, под снегом. Это очень сложно. И опасно. Все же их охраняют мантикоры. Вот тоже странность. Ну чего они, тварюки летучие, к цветочкам пристали? Цветы привозят замерзшими в лед. Как они растут? Непонятно! Но когда цветы оттают, то несколько дней пахнут так, что аж пьянеешь от того аромату! Князь их очень любит. Да и вам энтот аромат очень идет. Вот я и приказала, чтоб, значитца, приготовили пару-тройку кусков такого мыла для вас. Это они мне все твердили, что вы уже не встанете. А я так для себя решила: князь скоро в себя придет. А уж как очнется, знамо дело, сразу же и вас вернет! А как же иначе-то... - Она так старательно терла, что у меня аж кости стонали.