- Тише, все хорошо, - прошептал он, стараясь успокоить ее.
Зорро без устали смачивал ее лоб, тщетно пытаясь унять жар, пожиравший ее изнутри. Лихорадка лишь крепче вцеплялась в Софию. В отчаянии отбросив платок, он решительно распахнул ее жакет. Освободив хрупкие руки из плена рукавов, он бережно снял его, затем принялся за крошечные серебристые пуговки на батистовой блузке. Пальцы скользили, не повинуясь, и он, сорвав перчатки, вновь принялся за неподатливые застежки.
Наконец, три верхние пуговки сдались, открывая вид на горячую, словно раскаленную, кожу ключиц. Лишь сейчас Зорро заметил, как предательски дрожат его руки. Опустившись на траву, он откинул шляпу и сорвал маску. В этот миг он почувствовал себя обнаженным, лишенным не только защиты, но и своей силы, своей непоколебимости.
Ему стало страшно. Все эти годы он сражался с врагами, избегал ловушек, рисковал жизнью, но никогда еще не испытывал такого всепоглощающего, парализующего ужаса. Сердце бешено колотилось в груди от одной мысли, что София может умереть.
Она лежала перед ним, лицо, покрытое испариной, грудь тяжело вздымалась в лихорадочном ритме. Все ее тело содрогалось в огне. Коснувшись ее лба, Зорро почувствовал обжигающий жар. Его собственное сердце застучало в унисон с ее страданием. Он понимал – медлить нельзя.
Сорвав с седла Торнадо флягу, он осторожно смочил ее пересохшие губы, пытаясь вернуть ускользающее сознание.
Внутри него разгорался пожар молитв. Он взывал ко всем святым, клялся, что спасет ее, готов был отдать все, лишь бы облегчить ее муки. И сквозь пелену слез он увидел, как дрогнули ее ресницы. Его сердце забилось вновь – теперь уже от хрупкой надежды.
- Диего... Что случилось? - едва слышно прошептала София.
Зорро замер, на миг решив, что она узнала его, но тут же понял – она бредит. Снова натянув маску, он, в который раз смочив платок в озере, продолжал свои отчаянные попытки охладить ее. Теперь он осторожно отирал не только лоб и щеки, но и верхнюю часть груди, и руки, рукава которых он бережно закатал.
Первый луч солнца пронзил сумрак, и свежий утренний ветер коснулся его лица, когда он почувствовал, как лихорадка отступает, словно ночной кошмар, уступающий место рассвету. Он облегченно выдохнул, слушая ровное, спокойное дыхание девушки. Она просто спала, беззащитная и хрупкая, и мысль о том, что нужно как можно скорее доставить ее домой, стала единственной целью.
Свист Зорро разорвал тишину, и мгновение спустя Торнадо, словно тень, возник из-за деревьев. Зорро заставил коня опуститься. Затем накрыл плечи девушки жакетом амазонки и, осторожно подняв ее на руки, усадил полубоком на шею вороного коня. Сам вскочил в седло, и Торнадо, повинуясь легкому прикосновению колен, рванулся вперед, в обратный путь. Фантом неотступно следовал за ними.
Уже рассвело, когда Зорро, неся на руках свою бесценную ношу, вошел во внутренний дворик гасиенды дель Кастильо, а затем и в сам дом. Тихо ступая, он пронес девушку в гостиную и осторожно уложил на тот самый диванчик, где увидел ее три дня назад. Заботливо укрыл жакетом, стараясь не потревожить ее сон.
Она слегка пошевелилась, и на ее губах расцвела слабая, словно робкий цветок, улыбка:
- Диего…
Он облегченно вздохнул, чувствуя, как уходит напряжение последних часов, и нежно коснулся губами ее прохладного лба.
- Все хорошо, mi alma, все будет хорошо, - тихо произнес он и в этот момент услышал топот ног.
Он выпрямился, словно пружина, и увидел, как в гостиной появляется Анна, а в дверях, ведущих в патио, стоит Педро с ружьем наперевес, готовый защищать свою хозяйку.
- Сеньор Зорро? – удивилась компаньонка, наблюдая, как человек в маске делает шаг вперед, словно намереваясь заслонить собой лежащую на диване девушку.
- Сеньорита, я никому не причиню вреда, - предупредил он, подняв руки ладонями вперед, демонстрируя, что безоружен. – Попросите своего цепного пса опустить оружие.
- Педро, - Анна бросила короткий взгляд на слугу, и тот с неохотой опустил ружье, но не отвел от Зорро настороженного взгляда. – Что здесь происходит?
- У сеньориты был сильный жар, когда я нашел ее. Мне пришлось ее охладить, прежде чем доставить домой.
При слове «охладить» Педро вскинул ружье, но Анна решительно остановила его жестом.
- Что вы имеете в виду под «я нашел ее»? - в ее голосе звучала сталь.