- Допустим, я тебе верю, Соня. Допустим, он и правда такой замечательный, как ты думаешь. Но жизнь – штука сложная, и даже у самых благородных людей бывают свои скелеты в шкафу. Ты уверена, что готова принять все, что может скрываться за этой безупречной маской?
София высвободила свою руку из его ладони и посмотрела прямо в глаза Серхио. В ее взгляде не было ни тени сомнения.
- Я не жду от него совершенства, Серхио. Я жду от него честности. И я верю, что он будет честен со мной, даже если правда будет болезненной. Я готова принять его со всеми его недостатками, потому что я тоже не идеальна.
Серхио вздохнул, чувствуя, как его опасения постепенно отступают. Он знал, что сестра умеет любить глубоко и преданно. И если она решила, что этот мужчина достоин ее, он готов был ей поверить. Но он все равно будет приглядывать за ним. Просто на всякий случай.
- Хорошо, - вынужден был согласиться он. – Пойдем в дом. Думаю, Анна уже ждет нас ужинать.
София кивнула и, взяв брата под руку, направилась к входу в дом. Легкий ветерок играл в ее волосах, и она чувствовала, как на душе становится спокойнее. Слова Серхио, полные заботы и беспокойства, отозвались теплом в сердце. Она знала, что брат просто хочет ей добра, и ценила его внимание.
Глава 21.
«Диего!
Рад был хотя бы в таком виде вновь получить от тебя весточку. Целых три года – срок немалый, и я, признаться, уже начал всерьез беспокоиться, не случилось ли чего. Но судя по твоему краткому посланию, ты полон жизни и, как всегда, готов к новым приключениям. Я очень рад, что ты не держишь на меня зла за мои выходки в Монтерее. Помнишь ли ты еще тот злополучный эпизод с твоим арестом по нелепому обвинению в конокрадстве? Клянусь тебе, старина, я и в мыслях не имел тебя обидеть! А тот мнимый пожар на твоей гасиенде? До сих пор щеки пылают от стыда, когда вспоминаю, какие муки я причинил твоему отцу.
Но, как говорится, что было, то прошло. Важно, что мы оба умеем прощать и двигаться дальше. Иначе жизнь превратилась бы в бесконечную череду обид и сожалений.
А теперь о деле. В те дни я был далек от Сан-Франциско. Я, знаешь ли, учился в Испании, мой отец, как и твой, хотел, чтобы я получил достойное нашего круга образование. Однако, судьба распорядилась так, что отец оказался в самом центре событий, так что тебе повезло – информация у меня, как говорится, из первых рук.
Та потасовка в таверне, что так тебя интересует, произошла почти четыре года назад. Впрочем, «потасовка» – это для таких обывателей, как мы с тобой. Для наших отцов же (а я слышал о деятельном участии дона Алехандро) это была схватка не на жизнь, а на смерть – битва за будущее Калифорнии. Как ты понимаешь, речь идет о противостоянии Себастьяну де Варге, «Орлу», и его «орлиной стае».
Задолго до этого, русское правительство лелеяло дерзкую мечту – прибрать к рукам земли Калифорнии. Граф Калинка, коему была поручена эта щекотливая миссия, вспомнил о старинном друге, когда-то женатом на дочери русского аристократа, а ныне влачившем жалкое существование в Испании. Дон Андрес дель Кастильо с энтузиазмом ухватился за эту возможность и вернулся в Сан-Франциско, где с неутолимым рвением принялся искать человека, способного воплотить в жизнь план захвата Калифорнии.
Как ты понимаешь, такой человек со временем был найден, и дон Андрес поспешил сообщить об этом графу Калинке. Примерно за год до мятежа Орла граф сам явился в Сан-Франциско, привезя с собой детей дель Кастильо – дочь Софию забрали из католического пансиона при женском монастыре, а сына Серхио нашли на улицах Мадрида, где он жил среди воров.
Отец не стал вдаваться в подробности участия детей дель Кастильо в зловещих делах Орла, но раз уж обмолвился об их существовании, то, сам понимаешь, это неспроста.
Когда до Сан-Франциско донеслась весть о гибели Себастьяна де Варга, павшего при попытке захватить Лос-Анджелес, Монтерей и Сан-Диего, отец, вместе с другими донами, решил действовать, чтобы искоренить всех членов «орлиной стаи», пока их яд не отравил всю землю.
Им стало известно, что в той проклятой таверне скрывалось гнездо предателей. Они ворвались туда вместе с уланами нашего гарнизона. Был жестокая бойня. Правая рука отца была искалечена настолько сильно, что он до сих пор не может поднять ничего тяжелее ложки. А затем раздался оглушительный взрыв. После разбора завалов было объявлено, что Андрес дель Кастильо – мертв.