- Отец, думаю, наши гости уже утомились и проголодались. Когда я шел сюда, Кресенсия накрывала на стол.
- Ты прав, сын мой, – прогремел ответ, от которого София вздрогнула, словно от удара хлыста.
Дон Алехандро стоял прямо за ее спиной. Она обернулась и поймала на себе обеспокоенный взгляд брата.
- Дон Серхио, София, Бернардо проводит вас в гостиную, – Диего едва заметным жестом указал слуге, что от того требуется.
Бернардо, не теряя ни секунды, поклонился и также жестом пригласил их следовать за ним. София обменялась взглядом с братом, который выглядел так же озадаченно, как и она сама. Они покорно двинулись за слугой, покидая прохладную тень деревьев и направляясь к дому. София украдкой оглянулась. Диего остался стоять неподвижно, как статуя. Она чувствовала на себе его пристальный взгляд, словно тяжелый плащ, сковывающий движения.
В гостиной их ждал накрытый стол, ломившийся от всевозможных угощений. Аромат жареного мяса, свежих овощей и пряных соусов щекотал ноздри, вызывая урчание в животе. Кресенсия, женщина примерно одного возраста, что и няня Анна, приветливо улыбнулась им, расставляя последние приборы.
- Прошу вас, присаживайтесь, – дон Алехандро вошел в комнату вслед за ними.
София почувствовала, как напряжение немного отпустило ее.
Дон Алехандро сел во главе стола, кивком указав Софии и Серхио на места по обе руки от себя. Диего прошел на противоположную отцу сторону и тяжело (Софии даже почудилось, что он выдохнул с облегчением) опустился на стул. Бернардо бесшумно перехватил у него трость и замер за его левым плечом, словно тень, готовый в любой момент вмешаться. София отметила, что взгляд его карих глаз, такой ледяной и отстраненный, ни разу не коснулся ее. В душе кольнуло разочарование, смешанное с тихим облегчением.
- Итак, - произнес Диего после долгой паузы, пригубив вино из своего бокала. София заметила, что он почти не притронулся к еде, в отличие от его отца и ее брата, с аппетитом уплетавших ужин и увлеченно обсуждавших лошадей. – Вы намерены осесть в Лос-Анджелесе навсегда, дон Серхио?
Серхио оборвал на полуслове беседу с доном Алехандро и полуобернулся в сторону Диего.
- Нет, я скоро намерен вернуться в Сан-Франциско.
Диего, не проронив ни слова, изучал его взглядом, лишь изредка пригубливая вино из бокала, словно безмолвно приглашая продолжить разговор.
- У меня там дела, – пояснил Серхио, покосившись на сестру. – Но Соня, возможно, захочет остаться здесь на какое-то время.
Взгляд Диего, медленно скользнувший по Софии, заставил ее почувствовать себя ничтожной пылинкой под пристальным, оценивающим взором. В его глазах читалось не то любопытство, не то подозрение. Она с трудом удержалась от того, чтобы не отвести взгляд.
- Соня… - повторил он, словно смакуя незнакомое имя. – Давно хотел спросить… почему именно Соня?
- Соня – ласковое от Софии, - пояснил Серхио так, словно это было аксиомой. – Вам ведь известно, что наша мать — из русской аристократии?
Диего слегка приподнял бровь, но ничего не сказал. Его взгляд снова обратился к Софии, внимательно изучающей узор на салфетке. Ей казалось, что все взгляды в комнате прикованы к ней, словно она была каким-то диковинным зверем. Тишина за столом стала почти осязаемой, нарушаемая лишь тихим позвякиванием столовых приборов и приглушенным шепотом дона Алехандро и Серхио, вернувшихся к обсуждению лошадей.
София чувствовала, как щеки ее заливает краска. Желание провалиться сквозь землю становилось все более навязчивым. Она подняла глаза и встретилась взглядом с Диего. В его глазах по-прежнему не читалось ничего, кроме холодного, отстраненного любопытства. Она собрала всю свою волю в кулак и решилась ответить.
- Мама всегда называла меня так, - произнесла София, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Это было ее любимое имя.
Диего кивнул, но казалось, что ее ответ его не удовлетворил. Он продолжал смотреть на нее, словно пытался разгадать какую-то загадку. Наконец, он отвел взгляд и снова пригубил вино. Больше до конца ужина он ничего не сказал.
Напряжение в комнате немного спало, но София по-прежнему чувствовала себя неуютно. Она взяла вилку и начала ковырять рагу, делая вид, что увлечена едой. Краем уха она слушала, как Серхио увлеченно обсуждает все детали покупки лошади для Педро. Хоть кто-то, казалось, был искренне доволен тем, как обернулся этот вечер.
Когда ужин подошел к концу, и стол опустел (вино, к досаде Диего, покинуло его пределы гораздо раньше), София смогла, наконец, поймать взгляд брата. Он улыбнулся ей, молча прося извинений, и поблагодарил хозяев за гостеприимство.