Бернардо облегченно выдохнул – наконец-то его поняли. И в это мгновение раздался звук выстрела. Сначала один, подобно злобному плевку, а затем ему вторил второй, уже более глухой и угрожающий.
Диего молнией метнулся обратно к окну. Кто стрелял, было неважно, да и видеть стрелявшего он не мог. Вся его вселенная сузилась до одной точки – Софии. Она стояла неподвижно, словно статуя, высеченная из страха и ужаса, и смотрела, как отец оседает на пол. Диего видел, как медленно поднимается ее голова, как взгляд встречается со взглядом убийцы, и даже отсюда, издалека, он уловил в нем странную смесь шока, боли и… облегчения?
Следующие секунды растянулись в мучительную, бесконечную вечность. Диего сорвался с места и бросился к двери, как безумный. Он ворвался в хижину вслед за первыми уланами, презрев опасность, не думая о шальной пуле, о том, что сейчас совсем не время для геройства. Его единственной целью была София. Но когда он влетел внутрь, ее в комнате уже не было. Ни ее, ни Маркуса.
Тем временем, в хижине царил хаос. Уланы, ворвавшись внутрь, скручивали опешивших бандитов. Сержант Гарсия, пыхтя и отдуваясь, командовал, раздавая приказы своим людям. Он был в своей стихии, наслаждаясь моментом триумфа.
Внезапно его взгляд зацепился за Серхио. Тот стоял, опустив голову, и смотрел на тело отца. В его зеленых глазах плескалось такое сложное сочетание чувств, что Диего на мгновение потерял дар речи. Это было не просто горе от потери отца. Там были вина, страх, надежда… И еще что-то неуловимое, что заставило кровь Диего похолодеть. Он отчаянно отгонял от себя крамольную мысль об отцеубийстве, отказываясь верить в такую чудовищную возможность.
Диего понимал другое: сейчас не время выяснять мотивы Серхио, сейчас каждая секунда дорога. Главное – найти Софию.
Он ринулся к сержанту, отшвырнув в сторону зазевавшегося улана.
- Где она? Где София, дьявол побери?! – прорычал он, вцепившись в плечо Гарсии. Тот, застигнутый врасплох, только и смог выдавить:
- Кто «она»? О чем вы, дон Диего?
- Сеньорита София! Она была здесь! Куда она делась? – Диего не ослаблял хватку. Гарсия лишь беспомощно пожал плечами.
- Маркус… он увел ее через задний ход, - прозвучал безжизненный голос Серхио. Пистолет выпал из его ослабевших пальцев.
- Лейтенант прав, дон Диего, - подтвердил его слова капрал Рейес, возникший словно из ниоткуда. – Я видел, как они скрылись вон в той комнате.
- Лейтенант?! – Диего в оцепенении уставился на Серхио.
- Лейтенант Серхио дель Кастильо, к вашим услугам, - с горькой усмешкой произнес тот, расправляя плечи.
Диего отшатнулся, словно от удара. Лейтенант? Серхио, сын Переса, лейтенант? Все перевернулось с ног на голову. Он окинул взглядом комнату, пытаясь осознать глубину произошедшего. Серхио, уланы, Гарсия… все это было частью тщательно спланированной операции, и София играла в этом действии не последнюю роль.
Он резко развернулся и, вцепившись в грудки обмякшего от неожиданности Серхио, с силой вдавил его в стену. В карих глазах клокотала неистовая ярость, такая, что Гарсия и Рейес, ошеломленные внезапным взрывом, на мгновение замерли, но тут же бросились оттаскивать его от брата Софии.
- Так это ты!.. Это тебя она ждала, тянула время, стравливая Переса и де Марина! - Диего тряс Серхио как грушу, слова вылетали из его уст словно проклятия. – За это время можно было дважды съездить до Лос-Анджелеса и обратно!
- Даже если бы я не встретился ей на пути, она все равно бросилась бы спасать твою шкуру, де ла Вега, - прохрипел Серхио, почти не сопротивляясь. В глубине зеленых глаз плескалась боль, но он был рад этой ярости. Ему тоже было, что сказать Диего.
- Нет… Она бы не совершила такую глупость… - Диего внезапно разжал пальцы, и Серхио, лишенный опоры, осел на пол вдоль стены.
- А ты, правда, думаешь, что она примчалась сюда просто так, прихватив с собой пса и коня? – Серхио продолжал сидеть, глядя снизу вверх на побледневшего де ла Вегу. – Не надо было провожать первых красавиц Монтерея, тогда бы сейчас сидел дома, попивал вино, и никто бы не рисковал жизнью ради твоего спасения.
Диего отшатнулся, словно от удара. Слова Серхио врезались в него, словно осколки стекла. Он вдруг отчетливо увидел всю картину, сложившуюся из обрывков фраз, взглядов и ускользающих намеков. София… Она не просто оказалась втянута в эту историю, она сама плела нити этой сложной интриги. Все ради него? Невозможно.