Сталь звенела, сталкиваясь в яростном танце. Искры высекались при каждом ударе клинка о клинок, освещая на мгновение лица противников. Зорро чувствовал, как адреналин вскипает в крови, обостряя чувства, делая движения более быстрыми и точными. Он видел страх в глазах Маркуса, несмотря на его кажущуюся ярость и уверенность. Страх выдавал его, сковывал движения, лишал гибкости.
Маркус пытался перехватить инициативу, используя свою леворукость, чтобы заставить Зорро гадать. Но Зорро был готов. Он знал о его уловке и парировал каждый неожиданный выпад, направляя клинок Маркуса в сторону, используя его же преимущество против него. Зорро играл с ним, как кошка с мышкой, позволяя ему надеяться на победу, лишь чтобы затем разбить его надежды одним точным ударом.
Внезапно, в одном из выпадов Маркуса, Зорро почувствовал, как его шпага скользнула по лезвию противника, изменив траекторию. Неожиданный поворот, секундная потеря контроля, и клинок Маркуса, вопреки всем расчетам Зорро, словно ядовитая змея, ужалил Зорро в плечо. Боль пронзила тело, но Зорро не дрогнул. Он лишь сильнее сжал эфес шпаги, разворачивая противника в сторону, используя силу и инерцию движения.
Маркус, ослепленный кратковременным триумфом, не заметил, как Зорро, невзирая на рану, перехватил инициативу. В одно мгновение, Зорро нанес сокрушительный удар, парируя выпады обезумевшего от ярости Маркуса и сбивая того с позиции. Его клинок, описывая смертельно красивую дугу, вонзился под ребра Маркуса. Тихий вздох вырвался из его груди, в глазах застыло непонимание.
Маркус рухнул на землю, словно подкошенный, шпага с глухим стуком выпала из ослабевшей руки. Кровь расползалась по камням, окрашивая их в зловещий багровый цвет. Зорро отшатнулся, чувствуя, как слабость подступает к нему. Он не хотел этого. Он хотел лишь остановить его, преподать урок, но не убивать.
Зорро отступил на несколько шагов, прижав ладонь к ране на плече, взгляд его не отрывался от поверженного противника. Ярость, что жгла его изнутри с самого появления в этом мрачном гроте, вдруг схлынула, оставив после себя лишь ледяную пустоту оцепенения. В этот момент Зорро видел не врага, а лишь человека, чья жизнь трагически оборвалась. Он чувствовал тяжесть вины, сдавившую ему грудь. Убийство, пусть и в поединке, оставалось убийством, и эта мысль терзала его душу.
Прохладные, трепетные руки обвились вокруг его талии, словно стремясь удержать от падения в бездну отчаяния, и все внимание Зорро сосредоточилось на прильнувшей к нему девушке. В зеленых глазах Софии, полных невыразимой благодарности, плясали отблески пережитого ужаса и надежды, и Зорро с новой силой ощутил, за что он сражался. Та, которую он любил больше самой жизни, которую не мог и боялся потерять, была жива, была рядом, в безопасности.
Зорро снял свой плащ и бережно накинул на ее обнаженные плечи, словно укрывая от холода пережитого кошмара. Затем, сбросив перчатки, он порывисто, крепко обнял ее, все еще не веря, что все позади, что она здесь, в его руках.
- Я люблю тебя, - прошептал он, взяв ее лицо в ладони и запечатлев на ее губах поцелуй, полный нежности, облегчения и бесконечной любви.
София ответила на поцелуй, вкладывая в него всю свою благодарность и любовь. Ее руки крепко обнимали его, словно боясь, что он исчезнет, как мираж. Она знала, что он рисковал жизнью ради нее, и это лишь усиливало ее чувства. В его объятиях она чувствовала себя в безопасности, защищенной от всего зла, что таилось в этом мире.
Зорро оторвался от ее губ, и его взгляд снова упал на распростертое тело Маркуса. Вина все еще давила на его плечи, но теперь к ней примешивалось осознание необходимости. Он должен был защитить Софию, защитить невинных от подобных ему. И если для этого требовалось проливать кровь, он готов был нести этот крест.
Звук шагов разорвал тишину. Серхио приблизился к неподвижному телу, опустился на одно колено и приложил пальцы к холодной коже в поисках пульса.
- Знаешь, де ла Вега, если бы не видел собственными глазами… никогда бы не поверил, - обернувшись, он одарил сестру лукавой улыбкой.
София метнула быстрый взгляд на Зорро, немой вопрос читался в ее глазах. Он едва заметно кивнул в ответ.
- Серхио! – она бросилась к брату, заключив его в объятия, а затем вновь утонула в сильных и надежных руках любимого.