- В таком случае вам следует иметь дела исключительно с мужчинами. Пропустите, пожалуйста. – Моника начинала злиться.
- Так куда вы направляетесь?
- К подруге, – девушка раздражённо тряхнула головой. – Лиллит Войс. Если вас интересует. Точный адрес назвать? Имена её детей, мужа? Номер страховки?
- Эти данные меня пока не интересуют, учитывая тот факт, что визит к подруге вы отложите до лучших времён.
- Я что арестована!?
Йен растянул губы в улыбке, как Чеширский кот. И Моника была совершенно не против, если бы он тут же испарился с ловкостью упомянутого персонажа.
- Ну что вы. Это всего лишь дружеская рекомендация.
- Мы с вами не друзья!
- Всё ещё впереди.
- Вот уж сомневаюсь, – мрачно буркнула девушка, пытаясь обойти зловредное препятствие.
Куда уж ей! Мужчина стоял близко и подавлял своими габаритам. Да и, кажется, был заметнее ловчее Винтер. Он не отступал, смотрел насмешливо, словно читал её мысли.
«Десять метров до края платформы…. Всего десять шагов! А если бегом, вприпрыжку, бросив чемодан…»
Резкий выпад в бок – и Моника почти ткнулась носом в эмблему ловца, вышитую на кожаной куртке. Рывок в другую сторону – и вновь этот проклятый перед ней. Будто соткался из воздуха. Не могло же девяностокилограммовое тело порхать бабочкой.
- Ну-ну, госпожа Винтер, не усложняйте работу моим коллегам из отдела человеческих преступлений. Они наведаются к вам на днях.
- Вы не имеете права, - зашипела она, досадливо сжав кулаки, и вдруг замолкла, уставившись на что-то позади каменных плеч законника.
Её поезд, её свобода, тронулся с места…
- Мне очень жаль, что вы опоздали. Полагаю, подруга с мужем и детьми простят, - хмыкнул МакГрегор и, взяв беглянку под локоток, с ощутимым напором потащил её прочь от платформы.
Упрямая шустрая стерва! Пять минут – и он бы опоздал. Стоял бы сейчас на перроне и махал вслед уходящему составу. Душегуб, как всегда, действовал в обход всех правил и законов. Но одно дело ущемить в правах нежить, жалобы которой по обыкновению оставались без внимания, и совсем другое – человека, хоть и до крайности неприятного, но имеющего определённый статус и знакомства в верхах. Впрочем, несмотря на эти обстоятельства, Йен был уверен – сделает всё, чтобы не упустить Винтер. Закроет её на ночь в участке, если понадобится. Харви бы, конечно, хватил удар, а вот он такие меры одобрял.
- Значит, стоимость такси и неиспользованного билета компенсируют ваши коллеги? Кому мне предъявлять счёт? Вам? – она вывернулась из его захвата, что сделать в принципе никогда никому не удавалось. МакГрегор застыл на минуту, смиряя её холодным, колючим взглядом.
- Для богатой дамы вы чересчур прижимисты.
- Для представителя закона вы слишком беспардонны, – Моника не осталась в долгу. Конечно, не ей тягаться с объектом, многократно превосходящим в физической силе. Однако словесно она вполне могла надавать ему тонко-завуалированных тумаков и остаться при этом безнаказанной.
Мужчина усмехнулся, вынул кошелёк из внутреннего кармана куртки и достал оттуда несколько банкнот, превосходящих номиналом все её сегодняшние траты. Винтер прищурилась, представляя, как бы эффектно разметались разноцветные бумажки по всему перрону, но в последний момент одумалась и выдернула предложенную компенсацию из сжатого кулака Душегуба. Действительно, за последние месяцы она стала гораздо бережливее.
- Благодарю, - не сказала, а выплюнула. И направилась в сторону выхода – на улицу, где бесновалась стихия.
Дождь хлестал дороги, сыпал градом, разгонял жителей Блэкфилда по домам. Двери вокзала открывались с трудом, ветер силой прижимал створки, словно не желая выпускать девушку на волю. МакГрегор же распахнул их одним лёгким толчком и вновь вторгся в личное пространство Моники. Незаметным движением перехватил её чемодан и покатил по залитому лужами тротуару.
- Куда вы идёте? Верните мои вещи! – кричала она ему в след. Но шум дождя коверкал все звуки, и слуха Йена коснулся лишь её возмущённый вопль.
Конечно, Винтер не выдержала и побежала за ним, продираясь сквозь потоки воды и проклиная предприимчивость старшего ловца.
- Садитесь, я отвезу вас домой, - он открыл дверь своего автомобиля и подтолкнул беглянку к разумному решению, по факту не оставив ей выбора. Но та отчего-то медлила, стояла, ёжилась на ветру, слизывала бегущие по губам капли дождя.