А МакГрегор, рассматривая жалкую, промокшую насквозь Винтер, испытывал поистине садистское удовольствие. А ещё незначительный интерес при виде её округлой груди, облепленной влажной кофтой, да сосков, прорывающих ткань. В спортивном костюмчике и с минимальным макияжем она выглядела не так эффектно, как в первую встречу, но, тем не менее, представляла потенциальную опасность для любого гетеросексуального мужчины.
К счастью, стоять под проливным дождём старшему ловцу пришлось недолго. Моника залезла в салон без лишних споров. Чемодан разместился в багажнике, а Йен сел за руль. Включил печку и обогрев запотевших стекол.
В машине определённо было уютнее, чем на улице, однако, факт наличия рядом Душегуба перечёркивал всю прелесть нынешней обстановки. Винтер дрожала. Её колотило то ли от холода, то ли от страха.
«Нельзя бояться!» - она мысленно давала себе установку.
Ни в коем случае нельзя показывать свой страх, иначе голодный одичалый пёс, встретившийся в тёмной подворотне, тут же набросится на тебя. МакГрегор же по слухам представлял собой стаю диких собак. Души его не любили, все без исключения. Ведь он лишал их второго шанса….
- Госпожа Винтер, давайте побеседуем, раз представилась такая замечательная возможность снова свидеться.
Второй раз за день. Да, она чертовски невезучая!
- Обломав мне поездку, вы свели к минимуму желание с вами разговаривать.
Йен усмехнулся и вырулил автомобиль с парковки. От мокрой соседки тянулся тонкий, едва уловимый запах травяного шампуня. К слову, он был приятнее изрядно надоевшего цитрусового ароматизатора, и мужчина, не стесняясь, вдохнул его полной грудью. Если не видеть, кто сидит рядом, не знать, что везёшь подозреваемую в деле об убийстве, а представить на её месте миловидную особь женского пола – поездка вполне могла обрести романтическое продолжение. Заманить в постель МакГрегору труда не составляло, гораздо сложнее было удержать женщин после. Несколько провальных попыток - и Йен перевёл всё близкое общение в денежно - договорное. Китаны за достойную оплату готовы были принять даже такого, как он. Пожалуй, стоит на выходных наведаться к ним, раз соседство с неприятной во всех смыслах Винтер будит в нём плотский интерес. Старший ловец всё же обладал телом человека и не видел смысла игнорировать физиологические потребности оного.
- Удивительно, - мужчина вёл автомобиль по тёмным, залитым дождём улочкам – в обход всех пробок. – Рядом со мной люди, как и нелюди, обычно становятся весьма словоохотливы.
- Ещё бы, вы же Душе… - Моника резко осеклась, закашлялась, словно поперхнулась.
- Я же кто?
- Ду-у…ша компании, - девица, передёрнув плечами, умело сымпровизировала на ходу.
- Душа компании? – эхом переспросил МакГрегор и, отвлекшись от дороги, во все глаза уставился на свою пассажирку. Затем вдруг ударил кулаком по рулю и громко рассмеялся – так, как уже давно себе не позволял - легко, искренне, свободно. До выступивших в уголках глаз слёз.
Он – душа? Да он наихудший кошмар.
Винтер никак не могла понять: его реакция - это хороший знак или плохой. Она всю дорогу сидела как на иголках, прислонившись к двери, и опасалась случайно коснуться руки водителя, покоящейся на подлокотнике. Током бы её, конечно, не ударило. Кисть выглядела вполне себе мирно. Тем не менее, ощутить длинные, сильные пальцы законника на собственной шее беглянке совершенно не хотелось.
- Госпожа Винтер, благодарю. Вы продлили мою жизнь как минимум на сутки, – мужчина вернул себе невозмутимый вид и потянулся к банке леденцов, стоящей в подстаканнике. - Угощайтесь.
Моника покачала головой.
- Не любите?
«Не ваше собачье дело, уважаемый» - подумала она, но, стиснув зубы, промолчала.
- Я тоже не люблю. Терпеть их не могу, - сказал, а сам, демонстрируя в очередной раз иррациональное поведение, щёлкнул крышкой. И уже с набитым ртом и до отвращения деловым тоном продолжил:
- Позвольте поинтересоваться, что же послужило причиной вашего разрыва с Томом Выгорским? Ваши отношения всем казались идеальными.
- Проснулась в один день и поняла, что не люблю. Такой ответ вас устроит? – Моника вся ощетинилась. Йен чувствовал, как невидимые глазу ядовитые иголки протыкают его броню.
- До этого любили?
- Да, и, должно быть, очень сильно.
Мужчина хмыкнул. Он не верил в эту романтическую ерунду. Конечно, наблюдал её проявления у других, но считал делом временным и оттого не стоящим эмоциональных усилий.
По задумчивому лицу Винтер сложно было считать какие-либо мысли.
- Поэтому Выгорскому было сложно поверить вам с первого раза?