МакГрегор похолодел и с внезапным остервенением сжал руль. На секунду ему показалось, что он ослеп, потому что перед глазами вместо прозрачного лобового стекла теперь стояла непроницаемая мгла.
Пятый корпус.
Сколько их было в тот день? Пятнадцать или двадцать человек - мальчишек, одетых в строгую взрослую форму. Выглаженные рубашки, начищенные сапоги, вихри, убранные под шапку, жвачки, сунутые в спешке во внутренние карманы жакетов.
Ровным строем они маршировали по улицам, уже почти не сбиваясь с общего такта. Выправка законников виднелась издалека! Пешеходы оборачивались, глядели в спину. Мужики улюлюкали и одобрительно кивали, женщины – те, что постарше умилялись, а те, что моложе, краснели и прятали любопытные взгляды. Пятый корпус был гордостью столицы, нёс негласное знамя будущих защитников мира людского. Не зря на протяжении десяти лет планомерно отделяли «зёрна от плевел», поливали и удобряли, вырастили - таки новую, совершенную, культуру.
Их не могли погнать, как скот на убой – слишком ценно было мясо. Определённо, имела место случайность, злая насмешка судьбы. Но от этого осознания легче не становилось.
Да, он помнил… помнил тот проклятый день. Кадету МакГрегору тогда крупно не повезло – он единственный кто выжил, точнее, единственный, кто ещё дышал. Хоть грудная клетка и разрывалась от давления и боли, по каким-то неведомым причинам продолжала качать воздух. С кровью выплевывала его из содранной глотки…. Увы, состояние Йена и его внешний вид никак не вязались с понятием «жизни», а для «нежизни» он слишком громко мычал.
- К счастью, первой хлынула волна вурдалаков. Да-да, я сказал - к счастью. Мелкие, кусачие, но этих хоть стены сдержали. И ещё Хантер…
Болтовня Гризли помогла разорвать навеянный морок, вытащила старшего ловца из тяжёлого, вязкого как болотная топь, прошлого.
- Хантер?
- Он, вероятно, сделал единственное, что мог.
- И что же?
- Он… гм… запечатал собой дыру.
Йен, не скрывая удивления, громко присвистнул.
На месте Оливера Хантера, МакГрегор бы просто сдох. Если бы не оказалось других вариантов, и смерть повернулась своим безобразным лицом к старшему ловцу, он принял бы её объятия беспрекословно. Считай, итак изрядно намучился, не хватало ещё продолжить страдания и после. Вечность боли и забытья за спасения кучки незнакомых людей? Нет, пожалуй, лучше и дальше оставаться законченным эгоистом.
- Родился ловцом, закончил Стражем. Карьерный рост на лицо.
- Наш человек на грани – это ведь хорошо? - спросил Гризли хрипло, со смутной надеждой.
Ни хрена он не чувствовал и ни хрена не понимал. Одной добровольной жертвой действительно можно на какое-то время сомкнуть пасть нижнего мира, насытить свежей кровью его алчную утробу. Однако, существо, что встанет у врат, не будет иметь ни чувств, ни разума, лишь слабую память – эхо пройденного пути.
- Хорошо, - Йен не стал переубеждать начальство. – Если Чёрная орда будет состоять из поголовья баб, они застрянут на границе.
- Богохульствуешь, МакГрегор. Оливер герой.
- Так и быть, я сочиню хвалебную оду в его честь, - и, пресекая всплеск гнева оппонента, мужчина выключил телефон.
Слышать рёв Гризли настроения не было. Он узнал всё, что хотел. И новости, к сожалению, не радовали. Вместо мёртвого коллеги появилась очередная перерождённая тварь. Страж – пограничник. Явление редкое, неизученное, оттого непредсказуемое и опасное. Он как наблюдатель в склоке двух миров, «равнодушный и неподкупный» – как утверждали специализированные издания. Правда, в последнее заявление Йен не очень-то верил, считал - купить и использовать можно практически всё. Вопрос – цены.
Вот в данный момент старший ловец собирался купить информацию, а после, возможно, и обеспечить себе развлечение на остаток ночи. Пора мириться с бро. Не дело, быть в одном теле врагами – это Йен уяснил ещё с того момента, когда лежал бесформенной кучей на грязном асфальте среди трупов своих друзей – кадетов и сгорал в предсмертной агонии.
Через десять минут МакГрегор был уже на другом конце города – в самой неприглядной его части, как говорили старожилы – «на дне». Удивительно, но «дно» простиралось ещё и за окраины, оно было куда больше центра и занимало по территории примерно треть Блэкфилда. В той части, которая была близка к обводной дороге, располагались все популярные и злачные, по меркам всех бабушек, заведения. Клубы, дешевые рестораны, кальянные, магазинчики с сомнительно-легальным содержимым. Здесь часто околачивались люди - желая приобщиться к теневому миру, слетались, как мухи на мёд. Но с каждым рядом домов их количество ощутимо редело. До формальной территории нежити доходили либо отчаянно-пьяные, либо фанаты-безумцы. Йен не относился ни к первой категории, ни к второй, а именовал себя скромно «почётным гостем». Ведь гостям по негласным правилам подают лучшее…