— Ничего, я справлюсь.
Бетти одела резиновые перчатки, собрала одежду Гагариной и бросила её в пластиковый ящик. Объяснила.
— На обработку.
Во второй капсуле шипело и чмокало минут десять. Наконец три раза пропищало, и крышка, под гудение сервомоторов, откинулась к стене.
Варя лежала в клубах пара, с какой-то маской на лице, похожей на респиратор. Вся розовая и пахнущая карболкой. Денис быстро отвернулся, пока она не открыла глаза.
Он до сих пор ещё не видел её обнажённой. Только на ощупь… Надо, конечно, поработать над её телом. Надо. Хоть от природы и одарено, но несколько… Хм-хм. Запущено.
Бетти подсказывала пациентке:
— Теперь в следующую. Голову вот сюда. Руки вот так. Расслабься.
Снова шипение сервопривода. Денис повернулся.
— А это что?
— Это камера коррекции и вакцинации.
— Угу, — понятливо кивнул Соколов, — а Рыжов тебе кто?
Бетти приподняла брови.
— У нас с ним отношения.
— А какой год на дворе?
— На дворе?
— Ну, за этими стенами.
— За этими стенами нет ничего.
Денис удивился:
— Там что — вакуум?
— Нет. Там нет ни-че-го. Даже вакуума.
Она предупредительно подняла руку.
— Всё это тебе Владимир объяснит… Если сочтёт нужным.
— А на самом деле, ты из какого года?
— Из две тысячи сто пятнадцатого. Пик времени.
— Пик какого времени?
— Это тоже Рыжов объяснит.
Через некоторое время открылась и третья капсула. Медик сообщила:
— Готово. Можешь повернуться.
Варвара стояла в белом медицинском балахоне и в пластиковых прозрачных бахилах на босу-ногу. Бетти заранее достала из шкафчика несколько таблеток. Налила из кувшинчика стакан воды.
— Прими вот это… — улыбнулась на недоумённый взгляд, — «прими», это значит — проглоти. Хорошо. Теперь вот это. Да-да. Весь флакончик. Всё. Можешь запить. Я понимаю, что горько, но это лекарство… Ну, теперь с тобой.
Она повернулась к Соколову.
Тот, нисколько не стесняясь, разоблачился и полез в первую капсулу.
За спиной охнула Бетти.
— Господи! Что это у тебя?!
Он обернулся.
— Где?
— На спине!
— А, это… Это меня плёткой отходили.
— Варвары. Это же ещё не зажило, — поморщилась Лодж.
— Да ладно. Подумаешь.
Бетти вытащила из шкафчика клеёночку, постелила на дно капсулы.
— Ложись.
Варя сидела покрасневшая как светофор.
Когда закончили и с ним, перемещёнцы отправились сначала в «прихожую», как её называли хозяева. Потом Владимир подвёл их к паре колб, стоящих в полумраке, в глубине комнаты. Их Денис поначалу и не заметил.
По очереди отправились в неизвестность.
Оказались в спортзале. Штук десять разных тренажёров. Беговая дорожка. Боксёрские мешок и груша. Полуманекен. Рыжов пояснил:
— Это хозяйство Бетти.
Прошёл в угол зала, открыл дверь.
— Направо по коридору кухня и столовая. Четыре холодильника. Микроволновка. Ничего готовить не надо. Только разогревать. Пойдёмте.
Прошел в коридор. Открыл дверь слева.
— Спальня, — ткнул пальцем в двери справа и слева, — туалет, ванная. Это спальня для гостей. Наша с Бетти в другом крыле.
Подвёл к кровати, указал на экран в углу:
— Видеопанель. Полтора миллиона фильмов. Сто двадцать миллионов книг. Клипы, на любой вкус. В принципе, всё.
Денис спросил:
— Сеть есть?
— Есть. Перчатка под монитором.
— Перчатка?
— Да. Перчатка-манипулятор. Там всё просто, ты разберёшься.
— Пойдёт… А ещё я хотел узнать — что это за место, из которого мы пришли.
Рыжов неопределённо пожал плечами.
— Там? Там темпоральный карман. Два помещения, принадлежащие лично мне. Прихожая и амбулатория. Это место, где время не движется… Давайте так. Вам надо помыться после процедур. Потом как следует выспаться, я же вас поднял среди ночи. А потом мы с вами поговорим. Хорошо? Ну и прекрасно. Я пошёл.
— Погоди, — остановил Соколов, — а сейчас у вас времени сколько?
— На столе у монитора часы, сам посмотри.
Остались одни.
Денис пошел в сторону туалета. Варвара за ним как привязанная. Он открыл дверь — стандартный унитаз, биде, туалетная бумага, привычный шкафчик над бачком. Годы идут, а в сортире ничего не меняется. Он подробно объяснил Вареньке назначение всех предметов.
— И, Варя, пожалуйста, не стесняйся. Если тебе сюда надо, — зашла, закрылась. Поняла?
Варвара, розовая от смущения, покивала.