«Это совершенно другое место», — уверяла я, — «все библиотеки похожи».
Тем временем Катя схватила меня за руку и повела вперед.
«Записи», «Общая литература», «Художественная литература», «Датированные документы» — мелькали перед глазами названия стендов. Большую часть из них я попросту не успела прочитать, зато заметила, что повернула знакомая на «Истории».
Оказалось, на стене между полками пряталась внушительных размеров мозаика в темных тонах. Она изображала Слияние. Витиевато, затейливо, но вторая душа в виде темного силуэта и человек, которого она охватила, выложены достаточно реалистично.
Вытянув руку, я кончиками пальцев провела по холодному рельефу.
—Говорят, этому лет пятьсот. Создавалось где-то в Европе и, наверное, означало поглощение человека злом, но Старшие приняли это на свой счет и выкупили.
—Сколько же лет вообще вы существуете?
—Ты далеко не первая, кто задает этот вопрос и далеко не последняя, кто не будет знать ответа, как, собственно, и мы все. Возможно, эта информация находится у Старших, но, лично перерыв всю нашу историю, я так и не нашла никаких дат.
Катя взглянула на наручные часы, а я вдруг вспомнила о тех, что мне передала Ника в коробке перед моей первой вечеринкой. Куда они подевались?
—Я плохой экскурсовод, — вздохнула девушка. — Мы шатаемся тут всего пятнадцать минут из положенного часа, а ведь…
—А что за третьей дверью? — перебила я, тут же добавив извинения.
—Наша комната отдыха. Мы самые ленивые люди, поэтому часто ночуем здесь, просто не желая добираться до общего этажа, — рассмеялась знакомая. — Идем.
Мы покинули и библиотеку и уже стояли перед левой дверью, когда оттуда донеслись громкие крики.
—Тебе нужно знать две вещи: первое — мы ребята веселые, второе — нечистоплотные. Хотя, казалось бы…
Вместо окончания она хмыкнула и немного приоткрыла дверь, за что я была неимоверно благодарна. Не хотелось враз стать центром всеобщего внимания.
В стену, на которую у нас сейчас был открыт обзор, прилетел пластиковый стаканчик.
—Мимо, — буркнул какой-то парень.
—Да у нас всегда мимо, — ответил другой.
Просочившись, первым делом я увидела большое пустое мусорное ведро, вокруг которого валялся всякий хлам. Катя виновато пожала плечами, а я принялась осматривать комнатку.
Наверное, это когда-то было кладовой или, может, небольшим архивом, а из-за ненадобности стала комната отдыха с кучей голых матрасов на полу, пледами, подушками, полкой для книг и телевизором, который, наверняка, был позаимствован у белых. В момент нашего появления, в центре, в кружке́, уже сидела небольшая группа.
—Значит, я средство защиты? — спросил широкоплечий парень с зеленым стикером на лбу.
—Своего рода, — ответила девушка рядом.
Подойдя ближе, я смогла рассмотреть слово «дверь» на том самом стикере.
—Кать, давай с нами? — позвала незнакомка из круга.
—Плюс два игрока! — объявила моя знакомая.
—Вообще-то я…
—Считай это преждевременным посвящением, — подмигнула она.
Ребята быстро выбрали нам слова и прикрепили на лоб бумажки. У Кати был Менделеев, а мне стало страшно.
—У вас по четыре штрафных вопроса. Пока ответ «да» — можете продолжать их задавать, после первого «нет» — ход следующего. Начинайте.
—Я животное? — спохватилась экскурсовод.
—Ну-у, да.
—Человек?
Последовал мой кивок.
—Женщина?
—Нет.
—Теперь ты.
—Я вещь?
—Да.
—Она есть этой комнате?
—Нет.
—Окно?
—Так нечестно! — вскрикнула Катя, ударяя меня по коленке. — Ты слишком быстро отгадала!
—Разве я виновата, что скучаю по пейзажам?
Все в круге засмеялись, кто-то даже похлопал меня по плечу, а знакомая в шутку закатила глаза.
—Еще раз? — спросил парень по правую руку.