— Вы просили убрать вежливость, — с милой улыбкой ответил я. — Такая манера общения вас тоже не устраивает?
— Так, хватит. Ты меня уже достал! — она крутанула посох в руках. — Буду вышвыривать тебя отсюда, едва ты появишься.
— А смысл? — я иронично приподнял брови. — Времени на работу с дохляками не останется. Да и потом, я же из принципа буду изучать все самостоятельно, а вы за мной по всей Изнанке будете бегать и пытаться исправить возможные ошибки. А если я, случайно, не ту душу освобожу? Или, наоборот, испорчу что-то? Нет, так будет неправильно. Зачем воевать, если мы с вами, Грета, можем хоть и не дружить, но хотя бы стать партнерами по ремес…
Я не успел закончить фразу, как беловолосая закатила глаза и занесла свой посох, чтобы наотмашь ударить меня. Однако я был готов к этому и лихо отпрыгнул в самую гущу тумана.
В то же мгновение ко мне потянулись десятки рук, а в голове зашелестели голоса:
— Вспомни… вспомни!
— Да какого лешего⁈ Разошлись в стороны! — рявкнул я на призраков и поднялся на ноги.
Алые завидки тут же отпрянули от меня, затаившись у самых скал. Грета с интересом наблюдала за происходящим, ритмично выстукивая что-то посохом.
— Как любопытно… — пробормотала она и вдруг кивнула. — Хорошо. Будет тебе наука. Я сама тебя найду, как время придет.
А затем резко присела и подпрыгнула, взмахнув посохом. Но удар был направлен не на меня. Деревянный конец звонко соприкоснулся с пыльной землей и вызвал сильный порыв ветра.
Как только я отплевался от мелкого песка, то понял, что Грета ушла.
— Ничего себе, магия, — пробормотал я оглядываясь. — А мне как уйти отсюда?
На мой вопрос, конечно, никто не ответил.
Единственное, что мне пришло в голову, это сесть на землю и начать дышать, как учила бабка Анфиса.
На третьем повторении меня с головой укрыл туман, на следующем ко мне потянулись первые призраки, умоляющие меня вспомнить и отпустить их, а на седьмом я, наконец, смог выкинуть из головы все мысли.
В какой-то момент я понял, что уже сижу не на земле, а лежу на диване. До ушей долетел стук скалки и шипения масла на сковородке. Чувствовал я себя при этом, как грузчик после недели смен подряд. Рубаху можно было выжимать, так сильно я взмок. Да к тому же на коже рук все еще ощущались прикосновения умерших.
Лучше бы Грета меня посохом вышибла!
— Вернулся? — беспокойно спросила бабка Анфиса.
Я вздрогнул, посмотрел на нее и молча кивнул.
— Иди отдохни. Почти четыре часа провалялся. Я даже переживать начала. Как будет готов пирог, позову.
— Да как тут отдыхать, когда каждую секунду меня утаскивает на Изнанку? — устало ответил я, зевая до хруста в челюсти.
— Возьми у меня в шкафу настойку сонной травы. Вмиг заснешь без сновидений.
Хотел было подняться, но ноги сразу же подкосились. Сил совсем не осталось! Бабка покачала головой и сама принесла мне чашку. Одного глотка хватило, чтобы я отрубился, не успев даже лечь поудобнее.
Проснулся я через три часа вполне отдохнувшим. Бабки Анфисы нигде не было видно, лишь только ароматный пирог стоял возле печки.
Я все не переставал удивляться изменениями в поведении бабки. Раньше она и на полшага к плите не подходила, а тут и щи сварила, и пирог испекла…
Надо бы это все выяснить. Не то чтобы я ждал от нее подвоха, но мало ли что ей в голову взбрело?
Но для начала — еда. Желудок урчал так, что наверное, было слышно аж на краю деревни.
Быстро перекусив, я вышел во двор. Солнце уже клонилось к закату, ветер лениво шелестел листьями, а по небу тащились пухлые облака.
Я вдохнул полной грудью и огляделся, привычно думая, что нужно успеть сделать до темноты. Но на что бы не упал мой глаз, все было готово.
Странное все это. Неужели бабка все сама сделала? В ее-то возрасте?
Пожав плечами, я решил зайти к Ладе. Она жила на соседней улице в большом красивом доме.
Мне так и не удалось поговорить с ней после вселения в меня чужой души. Как начинал об этом думать, сразу смешно становилось. Вот, что ей сказать? С другой стороны, может, именно это доставляло мне беспокойство в последнее время?
Лада была дочерью младшего брата кого-то из дальней родни моего отца и даже обладала магией. С ее-то силой она бы отлично жила бы и в городе, но ей нравилось жить в Васильевке, и я прекрасно понимал почему. Здесь у нее не было конкуренток. Не то, что в столице, где таких красавиц сотня на квадратный километр.
Нет, она была в нашей деревне единственной и неповторимой. Хотя с ее-то характером, вторую такую Васильевка бы просто не выдержала. Чего стоили наши ссоры, которые Лада мне закатывала при всем честном народе. Мы здесь были главным объектом для слухов. История наших отношений интересовала местных кумушек не меньше, чем новости из столицы.