Разозлившись, я, не говоря ни слова, встал и побрел прочь. Сердце колотилось, как сумасшедшее, а от попыток правильно дышать уже сводило зубы.
— Спроси! Найди! — ворчал я. — Я что ему служба по поиску умерших? Или телефонная связь с изнанкой?
Обида жгла глаза, но в глубине души я понимал, что должен хотя бы попытаться помочь другу. Заодно проверить свои возможности.
Пока дошел до дома, практически успокоился. Быстро наметив план действий, я решительно надел пижаму, проверил нож под подушкой и лег под одеяло.
Сегодня я должен попасть на Изнанку самостоятельно.
— Опять ты! — сказала Грета, закатывая глаза. — Тебе тут что, вареньем намазано?
— Медом, — машинально ответил я, впервые радуясь, что попал на Изнаку. — И тебе доброго времени суток. Конечно, я вернулся. Ты думала, что испугаюсь твоего посоха?
Грета сидела на здоровенном валуне, скрестив ноги. Упомянутый посох стоял рядом, только руку протянуть нужно. Но пока беловолосая даже не смотрела в его сторону. Только на меня.
А я старательно делал вид, что она меня совсем не интересует. Рассматривал скалы, следил за завитками тумана, поднимал глаза к темному небу.
— Какая разница, чем намазано. Хоть соком дурных ягод! — рассердившись, что я не смотрю на нее, зашипела она.
— Ты меня учить будешь? — серьезно на нее глянув, спросил я.
— Я еще думаю.
— Хорошо, — я прошелся вдоль линии тумана. — Как я понимаю, ты вот тут все знаешь. А если бы тебе нужно было найти конкретную душу, чтобы ты для этого сделаешь? Или ты так не умеешь?
— Как это не умею⁈ — она аж подпрыгнула на валуне. — Да я самая лучшая охотница на духов!
— А что, есть какие-то соревнования? — я не удержался от шпильки, уж больно забавной была ее реакция.
— Нет, конечно, — фыркнула она, — какие тут соревнования на Изнанке? Просто приходят ко мне, мол, дорогая Греточка, помоги, найди душу.
— Вот это да… А на вид не скажешь.
— И чем тебя мой вид не устраивает⁈ — крикнула она, подхватив посох. — Сейчас, как дам тебе! Мигом вылетишь отсюда.
— Прости-прости. Ты не поняла, — я примирительно поднял ладони. — Я хотел сказать, что ты выглядишь хрупкой. Кто ж знал, что за внешностью скрывается великая охотница.
Она недоверчиво на меня посмотрела, а потом выдохнула и села обратно.
— Да вечно так. Приходится доказывать, что я могу и то, и это, — махнула она рукой.
— А правда, что найти призрака очень сложно?
— Скорее муторно. Не каждому охота заниматься этим. Да и важно учитывать кучу мелочей. Проще дождаться, когда сам наткнешься и там уже действуешь по обстановке. Душа она, вообще, может тут не появиться, а сразу перейти дальше.
— Как это так? — удивился я, вспоминая Михалыча.
— А вот так. Но это больше касается детей. Они же светлые, как солнышки, — она грустно улыбнулась. — Еще некоторые маги сразу переходят, если дел никаких не осталось.
— Так получается, нужно искать часами? — восхищенно спросил я, возвращая ее к интересующей меня теме. — Не зная усталости?
— Не только! — гордо выпятив подбородок, ответила она. — Это тебе не сидеть на берегу и ждать, пока мимо проплывет труп врага. Нет. Все гораздо сложнее.
— И что нужно сделать в первую очередь?
— Отправиться на место смерти, конечно, — она посмотрела на меня, как на дурака. — Это ж главное. Привязка!
— То есть идти искать душу, к примеру, на кладбище — это неправильно?
В ответ она расхохоталась.
— На кладбище! Вот умора! — она била себя по коленке и не переставала смеяться. — Еще скажи про ночь всех святых и день мертвых!
— Я даже не знаю, про что ты говоришь, — насупился я.
— Ой, тем более! Ты так другим не ляпни. Нет, на погостах нет душ. Только память о том, когда они были живы.
— Ты говоришь, что самое важное — место смерти. А если его не знаешь?
— Это сложнее. Просто так стоять на Изнанке и спрашивать для новичка не вариант, такое только опытные маги могут. Даже у меня один раз из десяти получается. Еще может помочь какая-то вещь.
«Как красный платок у Ольги Игнатьевны» — подумал я.
— Подожди, а вещь должна как-то быть связанной с последними мыслями человека?
— Мысли, желания, может это вообще, любимая вещь. Был у меня один случай, когда я искала дохляка, который просто обожал фигурки собак. Весь дом у него был ими уставлен.
— И что ты сделала? — я присел у скалы, и туман вокруг меня почтительно разошелся.
— Взяла одну из них и принесла сюда. Сразу прибежал.
— Разве можно приносить сюда материальные вещи?
— И об этом меня спрашивает парень в синей пижаме? — снова рассмеялась она. — Ты ж ее сюда перетащил.