Какого черта я отвечаю ему взаимностью?
Меня пронзает очередная порция ядовитого адреналина, когда его рука оказывается на моей груди. Он разрывает все пуговички на моей белой рубашке, и пуговички с треском рассыпаются по машине. Внизу живота разливается непривычный для меня жар, отдавая ноющей болью томления. Его руки сначала беззастенчиво гладят ткань бюстгальтера, заставляя меня застонать от пожара прямо ему в рот. Он воспринимает это, как сигнал к продолжению, поэтому через мгновение я вздрагиваю всем телом, когда холод от руки ощущается на соске. Он гладит, щиплет и зажимает сосок между пальцами. Его губы отлепляются от меня в тот момент, когда он стягивает на живот бюстгальтер, оголив грудь. Теперь мне тяжело дышать. Я не опускаю глаза вниз, чтобы не чувствовать стыд. Вместо этого я упорно смотрю на Дэниела и стараюсь прикрыть грудь хотя бы руками. Боже, какой же огонь полыхает в его глазах, которые изменили цвет почти до черного! Я от одного лишь его взгляда начинаю трястись в лихорадке. Живот уже отдает болезненные спазмы.
- Прикоснись к ним, - выдыхает он.
- Зачем? - Не понимаю сначала я.
- К ним! - Его руки снова накрывают мою грудь, играясь и поддразнивая возбужденные соски. Каждое его движение отдается ударом по низу живота. Меня не перестает трясти, но в этот момент лихорадка переходит грань допустимой тряски и меня начинает сильно дергать, губы дрожат.
Теперь его руки берут мои и заставляют меня прикоснуться к груди. Столько раз я делала это одна, но это никогда в жизни не было так сексуально! Я неуверенно касаюсь их, сглатывая нервные комки, то и дело образующиеся в горле.
- Дай палец. - Он выхватывает мои руки и тянет их к себе. Я успеваю лишь судорожно набрать наэлектризованный воздух в свои легкие, когда мои пальцы оказывается у него во рту. Он облизывает их, а затем достает и снова возвращает на то место, где они были.
- Прикоснись теперь к соскам.
Я безоговорочно исполняю его приказ и чувствую холод и влагу пальцев на сосках. Это безумно сексуально, и невероятно чувственно, но я все еще не понимаю, почему такие простые действия вызывают такую бурю эмоций во мне. Озноб усиливается, и я решаю прервать наши сексуальные игры и дотягиваюсь до сумки на заднем сиденье. Вытягиваю таблетку и проглатываю ее, не запивая. Если сейчас начнется очередной приступ (а все идет к тому), я не смогу себя успокоить самостоятельно. Дэниел молча смотрит за моими действиями.
- Я, кажется, ошибался насчет тебя... - Шепотом говорит он, отворачиваясь от меня и открывая окно со своей стороны. - Черт, я и подумать не мог, что ты можешь быть такой горячей. Черт, Хло... - Его грудь тяжело вздымается и со свистом опускается. Затем его рука ложится на брюки. Он сжимает губы и трет то, что находится на уровне ширинки. Мне кажется, что я краснею еще сильнее, хотя понимаю, что я и так уже цвета помидора.
Он не смотрит на меня, вглядываясь в солнце, которое светит прямо на нас во всем своем величии. В моей голове полный хаос. Мысли лихорадочно носятся от одной темы к другой, не додумывая их до конца. У меня возникает ощущение, что мой череп скоро треснет на мельчайшие частички. Я отгоняю от себя внутренний голос, спрашивающий о том, что я творю. Но он, как заноза в заднице, возвращается с более подробными вопросами, заставляющими проснуться мою совесть.
- Я хочу продолжения. - Наконец, он первый нарушает тишину, сгустившуюся между нами.
И снова внутри меня разрывает от противоречивых чувств. Я начинаю дрожать и про себя молюсь о том, чтобы таблетка подействовала.
Какого. Я. Нахрен. Дела. Забыла. Здесь?
Моя голова подсказывает мне, что я должна сейчас закричать и убежать от него, но тело не обманешь. Я знаю, что я вся мокрая. Сейчас возбуждение потихоньку отпускает мои мысли и на его место приходит разум. Я в шоке от себя! Я просто в ярости на себя! Да как же это, черт возьми, вышло?
- Ты девственница?
- Да.
Он вздыхает и не шевелится. Даже не смотрит на меня, глядя на руль и усиленно размышляя над чем-то. Эта реакция окончательно приводит меня в мое адекватное состояние. Я тут же вспоминаю разговор с сестрой, которая говорила мне о том, что Дэниел не связывается с девственницами. Игра «никогда не» подтверждает это. Я вспыхиваю от злости. Он не собирается ради меня нарушать традиции. Потому что он не любит меня. Да, о чем я вообще? Я ему даже не нравлюсь! Он называет меня ханжой, откровенно смеется надо мной. О какой симпатии идет речь? Черт! Какая же я наивная дура.
- Это обламывает все твои планы засадить мне? - Шиплю я на него в бешенстве.