Я взлохмачиваю волосы и расчесываю их рукой, взбивая помятые локоны.
— Да, я ищу Хлою. Ты не видел ее? Она должна была выпить таблетки и вернуться, но так и не вернулась.
— Я здесь… — Я открываю двери и выхожу из машины, демонстративно зевая. — Извини, мне стало так плохо, что я закрыла глаза и умудрилась задремать.
Я смотрю на Брэндона и параллельно чувствую, как Дэниел внимательно смотрит на меня. Боже, пожалуйста, прекрати! Мне и так чертовски хреново.
— Видимо, тебе и правда хреново стало. Отвезти тебя домой?
— Да, пожалуйста. — Киваю я. — Ну, тогда мы поехали. Садись. — Говорит мне Брэндон.
Я, ни разу не взглянув на Дэниела, сажусь в машину на переднее сиденье и закрываю за собой двери. Только там я имею возможность взглянуть на него. Он выглядит злым и разочарованным. Ну, поверь, товарищ, мне намного хуже, чем тебе. Ты ничем, черт возьми, не рисковал, а я всем.
Слезы снова градом катятся по лицу. Я вытираю лицо, но тут же новый поток из слез.
— Давай, чувак, до встречи. Ты же не едешь завтра с нами за город?
— А вы едете? — Голос Дэниела звучит удивленно.
Я продолжаю беззвучно рыдать. Я никуда не поеду. Мне срочно нужно расставаться с Брэндоном, потому что я уже поступаю с ним, как эгоистичная тварь, надеясь, что он спасет меня от Дэниела, но проблема в том, что он не спасет меня. Он пойдет ко дну со мной.
— Да, вся наша компания едет вроде как.
— И Хлоя?
Я всхлипываю и начинаю молотить панель перед собой кулаками от злости и безысходности, в которую меня вогнал Дэниел.
— Да, она же моя девушка, Дэн.
— Рад за вас. — Сарказм в тоне слышен за три версты. — Ну, до встречи. — Пока.
Я вижу удаляющуюся спину Дэниела и начинаю плакать еще сильнее.
Неожиданно он разворачивается и смотрит на машину, прямо на меня, как будто видит меня сквозь тонировку. Он показывает сначала три пальца, указывая на себя, убирает их и демонстрирует четыре, кивая на меня. Затем отворачивается и скрывается в толпе.
— Три-четыре? — Вслух задумчиво спрашиваю я, когда Брэндон открыл дверь.
— Ты что-то сказала? — Он садится в машину и смотрит на меня. — Черт, что с тобой?
— Все хорошо… — Я вытираю слезы и улыбаюсь. — Все нормально. Никак не могу прийти в себя от гонки.
— Черт, знал бы я, как все обойдется… Я бы никогда тебя сюда не привез.
Он выглядит виноватым.
Я снова вытираю новые слезы. Я самый отвратительный человек на свете. Почему-то в этот момент в мои мысли пришла цитата швейцарского писателя: «Любого человека, ничего ему не объясняя, можно посадить в тюрьму лет на десять, и где-то в глубине души он будет знать, за что.»
Уж я-то точно буду знать, что я наделала. Я лгала и обманывала. И изменяла человеку, который этого не заслужил.
Когда автомобиль останавливается рядом с моим домом, я судорожно начинаю собираться и выходить из машины. Брэндон выходит за мной и, переходя на бег, догоняет меня и хватает за руку, чтобы я обернулась.
— Хло, я же вижу, что что-то не так с тобой. В чем проблема?
— Ни в чем! — Восклицаю я, готовая снова разрыдаться.
— Я не заслуживаю правды?
Черт…
Я снова начинаю плакать и жалобно смотрю на него.
— Извини меня, Брэндон. Ты хороший человек, ты заслуживаешь правды и хорошей девушки. Нам нужно расстаться… Извини… Я не заслуживаю тебя.
Он выглядит ошарашенным.
— Ты что несешь? Я заслуживаю хорошую девушку. И это, черт возьми, ты!
— Не-е-ет… — Протяжно отказываюсь я. — Я старалась быть хорошей девушкой, но у меня не выходит. Я устала играть роль, которая мне на самом деле не подходит. Но я хочу правильно поступить с тобой.
Он вскрикивает:
— То есть ты хочешь сказать, что расстаться со мной, не объясняя причин, это правильно поступить? Где логика, Хлоя?
— Извини, Брэндон… Мне очень жаль, черт… Просто поверь мне, что ты не захотел бы знать причины.
Он стирает слезы с моих глаз и вздыхает.
— Я мог бы тебя уверить, что я захотел бы знать причины. И более, чем уверен, что твои причины — мелочи.
— Черт! Я изменила тебе.
— Что?
Он отшатывается от меня, а я качаю головой, уже пожалев, что сказала это вслух. Он меня вынудил и убедил, что может многое простить. Хотя… к черту его прощение.
— Что слышал… Я изменила тебе.
Он хмурит свое лицо.