— Так, ладно. Пойду вызову чистильщика бассейнов. А то знаете ли… — Он бросает на меня многозначительный взгляд.
— Лучше бы подумал о том, сколько людей вчера по пьяни в твой бассейн еще и в туалет сходили.
— О боже, Дэни! — Восклицает Джулия и ударяет меня локтем.
— Так, ты слезай с меня, раз еще и пихаешься. — На полном серьезе заявляю я и подталкиваю ее.
— Ладно. Я пошутила. — Девушка тут же пугается.
— А я нет. Слезай.
Я жду еще какое-то мгновение, но она не собирается вставать. Тогда я ее пихаю и встаю из-за стола следом за ней.
— И куда ты? — Ее недовольный вид даже как-то напрягает меня. Я щурюсь, глядя на нее.
— Ты чего так смотришь?
— Пытаюсь разглядеть причину, по которой ты имеешь право задавать мне такие вопросы.
Она поджимает губы, а Андреа фыркает от смеха. Ей приятно, что я отшиваю не только ее.
Я иду в другую часть дома, чтобы никто не догадался, что я хочу кое-кого найти, выхожу на задний двор и по тропинке обхожу дом по кругу. Когда я подхожу к озеру, то стараюсь сильно не палиться, ища Хлою открыто. Вместо этого делаю вид, что я тоже вышел просто подышать воздухом.
Замечаю ее сидящей под деревом с тарзанкой. Она рисует палочкой что-то на земле и выглядит очень сосредоточенной.
— Сердечки… Серьезно? — Фыркаю я раздосадованно. — Неужели сейчас тебе ничего более умного не приходит на ум?
Я присаживаюсь с ней рядом. Наши плечи соприкасаются, и она тут же дергается в сторону, словно только сейчас поняла, что рядом с ней кто-то находится. И даже не кто-то, а я.
Она с испугом смотрит на меня во все глаза, даже не моргает.
— Зачем ты пришёл? Снова поиздеваться?
— Я ещё не решил.
Хлоя прищуривается, и я делаю тоже самое в ответ.
— Эванс, какого черта тебе надо? — В ее голосе я слышу всхлипы слабого отчаяния и начинаю улыбаться.
— Мне обязательно что-то нужно?
— Вообще-то, да! — Восклицает она. — Ты сказал мне держаться от тебя подальше. Этим я и занималась!
Я натягиваю на себя ухмылку.
— Не знал, что выражение «держаться подальше» означает, что нужно с кем-то трахаться.
Она ахает от удивления и тут же вскакивает с земли.
— Да какое право ты имеешь осуждать меня?
— А я разве осуждал?
Она замирает, размышляя о чём-то в своей прекрасной красивой головушке.
— Ты делаешь мне больно.
Я ожидал услышать все, что угодно, но определённо не это. Несколько секунд мне нужно, чтобы прийти в обратное состояние. Черт.
— Я делаю тебя сильнее. — Выдыхаю я, когда вижу уже, что мышцы на ее лице начинают слегка подёргиваться. Она собирается рыдать или кричать?
— Сильнее? — Усмехается она с горечью. — Серьезно?
— Боль — лучший стимул для осознания своих истинных желаний и стремлений.
Ее глаза мгновенно падают с моих глаз на губы. Я читаю ее подсознательные желания, как открытую книгу. Теперь я могу сделать шаг вперёд и делаю его, прикасаясь к ее лицу рукой. Она вздрагивает, все ещё бегая от губ к глазам и обратно.
— Знаешь… — Шепотом начинаю говорить я, с любопытством разглядывая ее личико. — Я думал, что после того, как тебя поимеют, ты перестанешь иметь ту самую невинную привлекательность.
Ее голубые глаза пронзают меня насквозь.
— Думал?
— А сейчас, глядя на тебя, я понимаю, что ошибался. Это моя вторая серьезная ошибка в жизни.
Во мне вспыхивает такое сильное желание поцеловать ее, что мне приходится проявить нехилую силу, чтобы это не сделать. Я отстраняюсь от неё. Она выглядит слегка разочарованной и выдыхает так, словно рядом со мной не могла этого сделать.
— А первая?
— Что?
— Первая ошибка твоя какая? — Она касается руками своего лица в тех местах, где я ее гладил. Интересно, это тоже бессознательные действия?
— Первой ошибкой было тебя недооценить.
Я разворачиваюсь и ухожу. Последнее, что замечаю в ее глазах — растерянность, что я оставил ее вот так.
— Эй! — Она хватает меня за руку. Я оборачиваюсь, перехватываю ее и теперь сам вцепляюсь. Она снова замирает как вкопанная, глядя на меня. — Мне больно.
— Ты первая меня схватила.
— Я знаю… — Она закусывает губу, в раздумьях глядя на свою руку, которую я поглаживаю. — Но я не знаю зачем.
— Знаешь ведь. — Закатываю глаза, прежде чем ответить. — Мое присутствие заставляет твоё тело натянуться тугой струной. Тебе нравится это ощущение.
— Откуда… Откуда такие подробности моих ощущений?
— У меня все также.
Ее глаза пронзают меня насквозь, закипают мою кровь, но я прикладываю немало усилий, чтобы выглядеть бессовестно равнодушным.
— Как же ты с этим живешь?