– Тихо! – строго велел русоволосый парнишка постарше – коренастый, еще юный, но уже с едва заметным пушком над верхней губой.
Галдеж тотчас стих.
– Госпожа. – Он учтиво склонил голову, и его бледно-серые глаза виновато потупились. – Простите за шум.
Дагейд сняла капюшон и улыбнулась лишь уголками губ:
– Перестань меня так называть, Кай. Мы же договорились.
Мальчишка кивнул, виновато крякнув. Дагейд сурово посмотрела на других детей и велела:
– Возвращайтесь к своим занятиям. Сегодня я очень устала и пришла лишь поговорить с Каем.
Восторженные детские лица за мгновение помрачнели, по улице разнеслось дружное мычание, полное расстройства, но никто возражать не посмел. У беспризорников Стоквры был свой порядок, своя иерархия, дисциплине в которой могли позавидовать должностные лица городничего. Кай держал здесь всех в кулаке – тащил на себе тяжкую ношу, с которой смог бы справиться не каждый взрослый…
А еще он единственный знал тайну Дагейд.
– Ты что-нибудь выяснил? – спросила она, когда другие дети удалились, исчезнув в бараках, словно призраки.
– Никто из местных болтунов не знает про вас, – негромко ответил Кай.
– Никаких разговоров?
Паренек отрицательно замотал головой.
– О вас вообще почти не говорят. Ходит пара скверных сплетен про ваше… – Он слегка покраснел. – Целомудрие. Но это от болтовни госпожи Сив – вашей соседки. Остальные про вас либо не знают, либо считают вас дочерью воеводы.
– Ладно. – Дагейд одновременно испытала облегчение и разочарование.
«Откуда же ты про меня узнал, Николай?» – в который раз озадаченно пронеслось в ее голове.
Из семи случаев, когда к ней обращались за помощью с неупокоенными, пять пострадавших семей нашли Пограничницу через Василе. У старика были свои связи во всем Княжестве и за его пределами. Дагейд никогда не вдавалась в подробности, через сколько связующих лиц жертвы демонов выходили на ее наставника. Еще один раз ведьма избавила от одержимости девочку в Стоквре – сестру Кая. Собственно, так местные сироты и подружились с таинственной благородной охотницей. Малютка подхватила неупокоенную Душу, когда ее невежда старший брат повел толпу беспризорников играть на кладбище. Демон был слаб и проявлял себя лишь непроходящей лихорадкой. Кай думал, что сестра больна, но Дагейд сразу почувствовала темную энергию с иной стороны.
И вот внезапно в ее дом стучится усатый Николай из поселения, о существовании которого девушка даже не знала, и заявляет странное. Будто однажды выпивал в Стоквре, а какой-то незнакомец в пьяном угаре рассказал ему, что в городе поселилась ведьма, способная изгонять демонов.
– И ты уверен, что сам никому и никогда не рассказывал? – Дагейд пытливо посмотрела на мальчика.
– Нет, что вы, – взволнованно залепетал тот. – Я – могила! Я обещал! Вы спасли мою сестру, а я никогда не выдам вашу тайну! Даже самым близким друзьям!
Девушка улыбнулась, удостоверившись, что в глазах Кая нет признаков лжи, и потрепала его рукой по волосам.
– Верю. Ладно, ступай.
– Подождите, есть еще кое-что, – возбужденный мальчишка собрался с мыслями. – Вас искала ваша подруга. Сегодня утром.
Дагейд замерла, чувствуя, как улыбка сползает с лица. У нее не было подруг. Ни в Стоквре, ни где-либо еще.
– И кто же?
Кай пожал плечами.
– Она не представилась.
– А как выглядела?
– Как вы, когда одеваете капюшон. Я сначала даже чуть не спутал вас.
– То есть ты не видел ее лица?
Мальчишка замотал головой и после недолгого молчания добавил:
– Она сказала, что приходила к вам домой, но никого не застала. Спрашивала, где вы. Я ответил, что ничего не знаю.
Дагейд хмыкнула, затем вынула из кармана мешочек с монетами, полученный от Николая, и протянула Каю.
– Вот, возьми. Вам они нужнее, чем мне.
Лицо паренька засияло. Деньги беспризорникам перепадали нечасто, тем более в таком количестве. Они конечно растратят все на сладости в ближайшей лавке, но дети есть дети. Пусть порадуются. У Дагейд от Василе осталось еще много награбленного золота.