--Вот и пришёл конец твоему правлению, Султан Селим!—с нескрываемой ненавистью в карих глазах произнёс юноша, уничтожающе смотря на Повелителя, которого мгновенно окружили верные стражники во главе с Ибрагимом-агой и Асланом Пашой.
Вот только Селим, тоже не стоял в ступоре. Вместо этого он, инстинктивно вынул свой меч из ножен, готовясь, отражать нападение коварных предателей, смотря на них враждебно, при этом, никто из противоборствующих сторон не решался начать сражение, пока это ни сделал сам Султанзаде. Он с яростным криком бросился на законного Властелина, желая его убить, но парня мгновенно отогнали преданные Султану Ибрагим с Асланом, после чего завязалась кровопролитная жестокая бойня, в ходе неё неслись потери с обеих сторон. Не смотря, на это, удача была за Селимом. Он уже начал побеждать предателей, как, в эту самую минуту, вероятно, прочуявшие о месте нахождения Баш Хасеки, аги приволокли её в зал, что отвлекло Повелителя от битвы с кем-то из воинов. Он с нескрываемым оцепенением взглянул на возлюбленную, к горлу которой подставили нож, тем-самым ставя Селима перед выбором: сдаваться Джихангиру, либо потерять ещё и вторую жену.
- даже не вздумай идти у них на поводу! Не думай сейчас обо мне! Спасай свой престол!—подбадривая, кричала она мужу, пока ни получила канделябром по голове от кого-то из предателей, крепко удерживающих её в своих руках. Это ещё больше разозлило Властелина. Он уже приготовился к новому сражению, как получил ранение в плечо, что заставило его ненадолго опустится на колени, чем и воспользовались предатели, мгновенно накинувшиеся на него с кулаками. Так могущественная Султанская чета и оказалась повержена жестокими заговорщиками, подло захватившими власть.
Ближе к вечеру, когда Султанзаде Джихангир провозгласил себя Султаном Османской Империи, а его дражайшая матушка, ставшая теперь, Валиде Султан провела мощную чистку в гареме, умертвив всех, кто был предан бывшей венценосной чете, не учтя одного, что Иргиз Хатун, сопровождаемая Ибрагимом-агой и Асланом Пашой, увезла трёх Шехзаде, один из которых был престолонаследник в Трабзон к Султанзаде Осману ещё и для того, чтобы просить его оказать помощь в освобождении венценосной четы.
Вот только, вальяжно лежащему на широком султанском ложе и одетый в шёлковую пижаму грязного зелёного цвета, Джихангир совсем не чувствовал себя победителем из-за того, что Селим с Санавбер совсем ещё не сломлены. Коварный узурпатор жаждал их морального унижения, в связи с чем, приказал стражникам немедленно привести к нему Санавбер Султан. Те всё поняли и, почтительно откланявшись, ушли выполнять высочайшее приказание.
Джихангир остался, наконец-то, совершенно один, озаряемый лёгким медным мерцанием от, горящих в канделябрах, свечей, лениво потягивая из золотого кубка ягодный шербет, успокаивающее действие которого начинало клонить парня в сон. Вот только парень, как мог боролся с ним. Уж, как сильно ему хотелось посмотреть на то, как для него станцует прекрасная Баш Хасеки. Он даже представлял себе это, из-за чего почувствовал, как его всего переполняет звериная похоть, от переизбытка которой, ему пришлось запустить руки себе в штаны и начать ласкать своего жеребца. Это привело к тому, что он начал тихонько постанывать от удовольствия. Парень даже закатил глаза и рухнул на подушки, довольный и тяжело дышащий.
Вот только пролежать в постели ему не пришлось, ведь, в эту самую минуту, в его покои стражники грубо втолкнули, одетую в прозрачное красное одеяние для танцев, Санавбер Султан, красивое лицо которой излучало искреннюю ненависть с презрением к узурпатору, смешанную с непреодолимым желанием немедленной жестокой расправы над ним. Вот только девушка решила не торопиться с осуществлением, задуманной ею, местью. Именно по этой причине, она и спрятала кинжал надёжно.
Сейчас девушка стояла немного в стороне и внимательно наблюдала за проклятым Султанзаде. Он уже крепко спал, что заставило её вздохнуть с огромным облегчением, затем она решительно вытащила из тайника платья острый кинжал и, крайне бесшумно подойдя к постели, занесла его над Джихангиром, вознамерившись, его убить одним ударом и вернуть трон возлюбленному мужу, томящемуся, в данный момент, в темнице.