Воцарилось длительное молчание, во время которого, отчётливо проглядывалось то, как внезапно, помрачнел Селим, наполнившись праведным гневом из-за, разыгравшегося некстати, ущемлённого самолюбия и то, как резко побледнела от ужаса Хасеки, знающая о том, к чему может привести то, если её возлюбленный Султан поверит в жестокую клевету.
--Селим, не верь! Это всё жестокая ложь! Умоляю тебя, ради нашей с тобой любви и маленьких детей, не совершай тех ошибок, о которых потом придётся жалеть! Не бери грех на душу!-словно спохватившись и кинувшись к нему в ноги, с невыносимым отчаянием в глазах и в голосе, взмолилась, готовая заплакать в любую минуту, юная Хасеки, трепетное сердце которой бешено забилось в груди, а сама она была близка к панике.
Только Разие продолжала, подливать «масла в огонь».
--Если ты безвинна, как говоришь, почему тогда вся дрожишь от ужаса, словно тебе есть, что скрывать?! Сидела бы себе спокойно и ждала окончания разбирательства с вынесением справедливого высочайшего вердикта!-ядовито поддела бывшую подругу коварная Султанша, хорошо ощущая, испытываемые братом, сомнения. Он не знал, кому из, находящихся здесь, женщин верить, но для выяснения данной проблемы, наконец, решил, из-за чего громко крикнув стражу, терпеливо дождался их прихода и холодно, почти безжизненно приказал:
--Уведите мою Хасеки в темницу и держите там, пока я всё не выясню!
Они поняли Государя, и, схватив, сидящую на коленях возле его ног, юную Султаншу за руки, подняли с пола и в мрачном молчании, повели к выходу из главных покоев. Только она успела прокричать, уже сидящему, обхватив светлую голову руками, возлюбленному, который ощущал себя разбитым и втоптанным в грязь, возлюбленному мужу:
--Селим, не совершай жестоких ошибок! Ты, же, прекрасно знаешь о том, что кроме тебя, в моём сердце и жизни, нет никому места! Я верна тебе и люблю больше жизни!
Насладившись первой, одержанной над братом, победой, Разие незаметно покинула его покои для того, чтобы в своих покоях, хорошенько обдумать следующие сокрушительные шаги, которые окончательно добьют того и сведут в могилу.
Только, не пройдя и нескольких коридоров, Султанша встретилась со старшей сестрой. Та, вероятно, уже обо всём узнала и мчалась в покои к правящему брату для того, чтобы вместе с ним, хорошенько во всём разобраться и убедить о том, чтобы он ничего не предпринимал, с горяча и действуя на одних эмоциях.
--Бежишь спасать свою неразумную невестку, Михримах?! Напрасно! Её непременно казнят поутру!-язвительно усмехнулась Разие, окликнув старшую сестру.
Та смерила её взглядом искреннего презрения, и, крепко схватив сестру за горло, резко прижала к каменной стене и угрожающе спросила:
--Что ты такого сказала Селиму, раз он приказал бросить в темницу свою Хасеки?
Разие всё с той, же, ядовитой усмешкой небрежно ответила, что ещё больше встревожило Луноликую:
--Всего лишь бросила ему сплетню об измене его горячо любимой жены с хранителем покоев.-и рассмеялась.
Михримах захотела уже было, придушить младшую сестру за её гнусную ложь, но, понимая, что, сейчас, находясь на бурных эмоциях, Селим способен свершить с собой любую глупость, помчалась к нему в покои для того, чтобы предотвратить непоправимое.
Она вбежала в главные покои в тот самый момент, когда Селим, действуя на одних эмоциях, пытался свести счёты с жизнью тем, что стоял на мраморной перекладине балкона, собираясь, рвануть вниз и разбиться. Ему было всё равно на последствия, ведь его предали все, кого он любил и кем дорожил. Раз так, то зачем жить дальше? Ради трона Османской Империи? Да, будь он трижды проклят! Он достался ему в ходе жестокой кровопролитной борьбы, а для чего? Чтобы потом, в итоге, остаться одному и брошенному всеми?
Селим больше не хотел жить с этой невыносимой душевной болью, из-за чего печально вздохнул и уже собрался сделать роковой шаг в пропасть, как, в эту самую минуту услышал отрезвляющий громкий крик старшей сестры, выбежавшей на балкон вместе с Мустафой-агой:
--Селим, нет!!!! Успокойся!
Селим услышал крик старшей сестры, что помогло ему, мгновенно опомниться. Он вышел из своей глубокой печальной апатии, вознамерившись, спуститься с балконного ограждения, но случайно оступился и уже полетел бы вниз под дикий крик Михримах, готовой в любую минуту лишиться чувств от увиденного, но благодаря молниеносной реакции Мустафы-аги, вовремя схватившего его за руки и стремительно затащившего на балкон.
--Не трогай меня, подлый предатель! Как ты посмел прелюбодействовать с моей женой!-гневно взвился на друга молодой Султан, не в силах больше сдерживать себя, взорвавшись, как вулкан.