Санавбер внимательно выслушала любимого мужчину, и, и понимающе вздохнув, убрала баночку с мазью в лиф бирюзового парчового платья и села на тахту. Она не знала, что и сказать любимому в защиту девушке, ведь Санавбер, сама того не ведая, поспособствовала сближению Эслиме с Баязедом.
--Селим, но никому никогда не возможно узнать того, где он встретит свою любовь. Пути Господа Бога не исповедимы. Не гневайся на принцессу. Она не в чём не виновата..-мудро рассудила юная Баш Хасеки, ласково гладя любимого по бархатистым щекам и заворожённо смотря в бирюзовую бездну его красивых глаз, из-за чего Селим тяжело вздохнул и погрузился в глубокую мрачную задумчивость. Из неё, его вывела Санавбер своими жаркими, словно полуденный летний зной, жаркими поцелуями. Им не было конца. Они приобрели настойчивый, вернее даже неистовый характер. Перед ними Селим не смог устоять и, постепенно начал откликаться на них, отбросив все посторонние, не говоря уже о том, что мрачные мысли. Ведь в столице всё, слава Богу, постепенно успокоилось, и его трону ничего не угрожало. Это означало лишь одно, что он мог немного расслабиться и окунуться в их с милой Санавбер огромную любовь, что и сделал с превеликим удовольствием.
Бурса.
Вот только Селим поторопился с успокоением своей души, ведь в эту самую минуту, в роскошном дворце Махидевран Султан, узнавший о том, что у них ничего не получилось со свержением Султана, Шехзаде Баязед пришёл в неописуемую ярость, из-за чего принялся крушить всё, что ни попадалось ему под руку, при этом, понося старшего брата самыми грязными словами, то есть не стесняясь в выражениях.
Всё привело к тому, что на шум с гневными криками, к любимому в покои прибежала, перепуганная до смерти, Эслиме Хатун и на свой страх и риск, принялась убеждать его успокоиться.
Только Баязед вместо того, чтобы внять её разумным просьбам, в пылу гнева, жестоко избил и изнасиловал фаворитку. Он успокоился лишь тогда, когда девушка лежала на полу вся в крови, синяках и слезах. Вот только Баязед даже и не подумал успокаивать её и просить прощения. Вместо этого, он покинул покои, пропустив к любовнице Федан Калфу с помощницами, а сам ушёл к Махидевран Султан для того, чтобы вместе с ней обсудить дальнейшие действия по борьбе с Селимом.
Шехзаде Бааязед встретился с Султаншей в арочном павильоне, где она совершала утренний променад, погружённая в глубокую задумчивость с воспоминаниями, и, не обращая внимания на лёгкий морозец. Султанша лишь сильнее укуталась в свои соболя и продолжила прогулку.
В эту самую минуту к ней подошёл Шехзаде Баязед, и, почтительно ей поклонившись, заговорил мягким тоном:
--Простите, что отвлекаю Вас от Ваших мыслей, Достопочтенная Махидевран Султан. Только мне нужен Ваш мудрый совет в том, как мне продолжить нашу общую борьбу с Селимом.
Султанша измождённо вздохнула, и, погрузившись в глубокую мрачную задумчивость, наконец, произнесла, пристально смотря на, выгнанного из султанского рая молодого османского льва, младшего сына покойного Султана Сулеймана:
--Нам необходимо вдарить Селиму по самому больному месту и сделать так, чтобы у него не осталось ни одного наследника. После их смерти, мы убьём и его самого, а тебя, Баязед, возведём на трон. Начнём с Шехзаде Мурада. Устроим там пожар во дворце, где умрёт не только наследник, но вся его семья с челядью. Когда будет покончено с Мурадом, я дам сигнал одной из наших преданных Хатун, находящихся в гареме Селима. Она завершит дело с детьми Санавбер Хатун, как и с ней самой.
Внимательно слушая, полные невыносимой жестокости идеи вдовствующей Султанши, Баязед, хотя и был до глубины души потрясён ими, но одобрил, вернее даже дал на них своё согласие.
Той, же ночью, во дворце санджака Маниса началась настоящая резня. Никому из семьи Шехзаде Мурада, как и ему самому, не удалось спастись от нападения наёмников Махидевран Султан, перебившим, отчаянно сражавшихся с ними, стражников. К ним на помощь из своих покоев вышел вооружённый Шехзаде Мурад и после недолгой битвы, пал сам.
Затем наступил черёд Шемспери и Сафие Султан. Убийцы, сначала зверски изнасиловали их, а потом перерезали им горло. Когда, же, всё было кончено и все были мертвы, наёмники сожгли дворец до тла и вернулись в Бурсу с докладом о содеянном злодеянии к своей Султанше с Шехзаде Баязедом, хладнокровно выслушавшие их, что нельзя было сказать о, присутствовавшей, в эту самую минуту в покоях Махидевран Султан, Эслиме Хатун.
Юная девушка пришла в такой ужас с отвращением, что даже возненавидела своего избранника, и, незаметно схватившись за острый кинжал, рванула к нему, для того, чтобы убить его, но охранник Шехзаде Баязеда по имени Атмаджа-ага вовремя спохватился и убил наложницу её собственным кинжалом, воткнув его ей в грудь. Эслиме не успела даже ничего понять, как уже лежала мёртвая на дорогом персидском ковре. Воцарилось мрачное молчание. Баязед с Махидевран потрясённо смотрели на всё это, не зная, что и сказать.