Но только не в этот раз. После бурно проведённой ночи с Руфсузе, Селим решил вместе с ней позавтракать, из-за чего они в это осеннее тёплое солнечное утро, удобно сидя на мягких подушках, душевно беседовали друг с другом, пока рабыни накрывали на стол, и, не обращая на них внимания, добродушно подшучивали и звонко весело смеялись, не подозревая о том, что к двери главных покоев царственно подошла, сопровождаемая верными служанками, одетая в серебристое парчовое платье, Санавбер Султан. Ей показалось странным то, что вместо калф и евнухов у них стоял Аслан-ага, словно что-то подслушивая. Баскадине показалось это подозрительным, из-за чего она громко прокашляла, как бы привлекая к себе внимание парня. Тот даже встрепенулся, и, почтительно поклонившись, доложил ей о том, что Падишах проводит время с гаремом, а точнее со своей фавориткой Руфсузе.
--Мне это известно, ага. Только я не понимаю одного, что вы здесь делаете у дверей главных покоев. Разве вам поручили сопроводить девушку в гарем? Ведь это, кажется, входит в обязанности калф с евнухами, но ни как не султанского телохранителя.-с нескрываемым подозрением, и, пристально посматривая на молодого парня, спросила у него Баскадина.
Тот не был готов к такому неожиданному допросу, из-за чего растерялся и что-то начал мямлить себе в оправдание. Только Санавбер не поверила ни одному его слову, решив просить о внимательном наблюдении за странным агой хранителя главных покоев, из-за чего и царственно вошла в его скромные покои, благо они располагались по соседству с Султанскими.
75 глава
Месяц спустя.
Дворец Топкапы.
За это время, молодой Султан постепенно поправился и вернулся к государственным делам, что выполнялось им с успехом. Так же и в личной жизни. У него появилась новая фаворитка. Ею стала юная шотландская красавица Мария, которой он дал новое имя-Руфсузе, что означало покинутая любовь, либо, даже не догадываясь о её шпионаже в пользу родной стране. Она делала это осторожно, незаметно и тайно. Вот только любила, ли девушка Селима? Не известно. Может и создавала вид, лишь бы он не догадался о том, кем является его фаворитка на самом деле. У неё получилось. Султан увлёкся ею, но и не забывал про возлюбленную Баскадину, которую любил и уважал за терпение, мудрость взаимопонимание с поддержкой, не говоря уже про душевность.
Санавбер, же, продолжала присутствовать на всех его заседаниях и слушать обо всём, что творится в зале из тайной комнаты, которую уже очень давно приказал разблокировать для неё сам Селим. Зная, что она рядом и морально поддерживает его, он чувствовал себя увереннее на собраниях. Так, же юная Баскадина занималась благотворительностью, ведь это отвлекало её от мыслей о том, что у её любимого мужа появилось новое увлечение, бывшая служанка, которой, по приказу Михримах Султан выделили покои на этаже фавориток и подобрали двух рабынь в услужение, как того требовали многовековые традиции султанского гарема.
К отношениям мужа с Руфсузе Хатун, Султанша относилась спокойно и совсем не ревновала из-за того, что воспринимала их за кратковременное увлечение, которое обязательно пройдёт, когда девушка Селиму надоест. Ведь он даже звал её к себе не часто, а раз, но самое частое два раза в неделю, только это было редко. Первое время, Султан даже не оставлял её на завтрак.
Но только не в этот раз. После бурно проведённой ночи с Руфсузе, Селим решил вместе с ней позавтракать, из-за чего они в это осеннее тёплое солнечное утро, удобно сидя на мягких подушках, душевно беседовали друг с другом, пока рабыни накрывали на стол, и, не обращая на них внимания, добродушно подшучивали и звонко весело смеялись, не подозревая о том, что к двери главных покоев царственно подошла, сопровождаемая верными служанками, одетая в серебристое парчовое платье, Санавбер Султан. Ей показалось странным то, что вместо калф и евнухов у них стоял Аслан-ага, словно что-то подслушивая. Баскадине показалось это подозрительным, из-за чего она громко прокашляла, как бы привлекая к себе внимание парня. Тот даже встрепенулся, и, почтительно поклонившись, доложил ей о том, что Падишах проводит время с гаремом, а точнее со своей фавориткой Руфсузе.
--Мне это известно, ага. Только я не понимаю одного, что вы здесь делаете у дверей главных покоев. Разве вам поручили сопроводить девушку в гарем? Ведь это, кажется, входит в обязанности калф с евнухами, но ни как не султанского телохранителя.-с нескрываемым подозрением, и, пристально посматривая на молодого парня, спросила у него Баскадина.
Тот не был готов к такому неожиданному допросу, из-за чего растерялся и что-то начал мямлить себе в оправдание. Только Санавбер не поверила ни одному его слову, решив просить о внимательном наблюдении за странным агой хранителя главных покоев, из-за чего и царственно вошла в его скромные покои, благо они располагались по соседству с Султанскими.
остался в одиночестве, думать над тем, что Баскадина начинает уже о чём-то подозревать его. Надо было срочно что-то предпринимать, иначе она разоблачит его с Руфсузе Хатун. Но что? Ага, пока не знал. Убить? Только, как это сделать так, чтобы никто потом не хватился главную женщину самого Султана, да и к тому, же, носящую под сердцем будущего Шехзаде, либо Султаншу, не знал, решив позже поговорить об этом с Руфсузе, ведь она девушка хитрая, изворотливая и умная. Что-нибудь обязательно придумает. Пока, же, парень решил залечь на дно и не высовываться, как бы занимая позицию ожидания.