Постепенно эпидемия сошла на нет и совсем исчезла. Люди постепенно пришли в себя, благодаря заботе венценосной четы, которая проведывала вакфы каждую неделю до тех пор, пока юная Баскадина могла ходить, но спустя несколько месяцев, она дальше дворцового сада не выходила. Не позволял большой живот, из-за которого у неё начались частые приступы одышки и отекали ноги, что беспокоило Султанскую семью, да и лекарша наблюдала за протеканием оставшегося срока беременности, постоянно.
Так постепенно наступил долгожданный день родов у Санавбер Султан. Это случилось в апрельский тёплый солнечный день. Ещё с утра, сидя на тахте и душевно беседуя с любимым мужем в его покоях, девушка почувствовала недомогание, что встревожило молодого правителя. Он даже собрался позвать акушерку, но Санавбер отшутилась, сказав, что муж напрасно тревожится. До родов ещё два месяца. Вот только она ошиблась, ведь спустя полчаса, у неё отошли воды и начались болезненные схватки. Селим не растерялся, и, подхватив жену на руки, бережно уложил в постель и только тогда позвал акушерку.
Она не заставила себя долго ждать, и, выставив парня на балкон, вместе с помощницами взялась за свои прямые обязанности, заставляя прекрасную юную госпожу снова и снова тужиться из-за всех сил. Она покорно выполняла все её рекомендации, при этом громкие крики Султанши разрывали светлую голову и трепетную душу Султана, из-за чего он не находил себе места от беспокойства и метался по балкону, обхватив голове сильными руками, как испуганный лев по клетке, погружённый в благодатную молитву, которую мысленно читал, пытаясь с её помощью, успокоиться, но она не помогла ему, да и время, как на грех, тянулось мучительно медленно, что только усугубляло беспокойство молодого человека. Он уже потерял его ход.
Так продлилось не долго. Вскоре до Селима донёсся громкий детский крик, заставивший счастливого отца, стремительно ворваться во внутрь, где помощницы дворцовой акушерки обтирали влажными салфетками юную Султаншу, которая выглядела измождённой и очень бледной, зато её малыш держался, крепким и румяным бодрячком, что искренне порадовало молодого отца, крайне бережно взявшего в заботливые руки своего сына. Главная акушерка поздравила его и одновременно огорчила известием о том, что роды у юной Султанши прошли очень тяжело, она даже потеряла много крови, из-за чего сильно ослабла, но обязательно поправится, так как организм крепкий. Селим одобрительно кивнул, и, отдав женщине мешок с золотом, попросил оставить его с женой. Акушерка поняла его и вместе с помощницами покинула главные покои. Супруги остались одни, что позволило молодому Султану прочитать над новорожденным Шехзаде соответствующую молитву и наречь его именем своего покойного брата-Баязидом, после чего поцеловал его в лоб и отдал горячо любимой, уже немного отдохнувшей супруге, весь сияя от, переполнявшего его всего счастья.
.
Вскоре известие о рождении Шехзаде Баязида дошло до сестёр молодого Повелителя, что привело, стоявших на террасе, задумчиво смотря на почти полностью опустевшую общую комнату, Михримах с Бахарназ в восторг.
--Хоть какое-то просветление наступило для Империи.-тяжело вздыхая, произнесла Михримах Султан. Сестра поддержала её скромной улыбкой и участливо предложила:
--Может, стоит раздать девушкам золото? Пусть порадуются за рождение Шехзаде, а вечером устроим скромный праздник. Пора возвращаться к обычной жизни.
Михримах ненадолго задумалась, но признавая, что им действительно пора заканчивать с печалью, согласилась, после чего, вытащив из складок своего роскошного тёмно-синего парчового платья бархатный мешочек, принялась разбрасывать золотые монеты, сбежавшимся девушкам.
Видя это, Бахарназ последовала примеру старшей сестры, внимательно наблюдала за тем, как наложницы с радостным щебетанием принялись собирать золото с мраморного пола, что развеселило султанш, не подозревающих о том, что их общая сестра Разие, уже тоже, узнав о рождении престолонаследника, решила не торопиться с осуществлением мести, а провести её, когда брат с Баскадиной меньше всего этого ожидают.
Вечером того, же дня в общей комнате для наложниц был устроен весёлый праздник с музыкой и танцами, на котором присутствовали все сёстры молодого Султана, царственно восседая на своих местах и одетые в роскошные торжественные наряды. Они вели миролюбивую душевную беседу, обмениваясь лёгкими добродушными шутками.
А тем временем в главных покоях, одетая в мятное атласное платье с россыпью драгоценных камней и дополнением блестящего серебристого газа, Санавбер Султан с, вплетёнными в шикарные золотистые волосы бриллиантовыми нитями и в тиаре на голове, душевно беседовала с, вернувшейся из старого дворца, Эфсун Хатун, которую она с одобрения, находящегося возле неё, Селима, который удобно сидел вместе с возлюбленной на парчовой тахте и с огромной нежностью сжимал её изящную руку в своей, назначила нянькой престолонаследника Баязида.