Только девушка не желала прощать его. Она влепила ему звонкую пощёчину, тем-самым беря инициативу в свои руки. Санавбер жаждала возмездия, из-за чего привязала любимого к столбикам султанского ложа за руки и ноги атласными лентами. После чего обрушила на него целый водопад из головокружительных ласк с поцелуями, легонько покусывая гладкую кожу мужа в нежных и неожиданных местах, что заставляло его тихонько постанывать от, переполняемого его всего, наслаждения и вскрикивать от острых ощущений.
Вот только вскоре пришло время разрядить обстановку долгожданным воссоединением, из-за чего прекрасная юная Султанша, наконец, оседлала мужа, и, введя его, уже достаточно возбудившийся нефритовый стержень в себя, принялась раскачиваться на нём, сначала плавно и медленно, но потом, постепенно ускорившись, превратила свои движения в бешеную скачку, заполняя вместе с ним просторные покои сладострастными единогласными стонами, что вскоре стихло из-за того, что пара выдохлась из сил и теперь лежала, прижавшись друг к другу и тяжело дыша. При этом, с их разгорячённых тел тонкими прозрачными солёными ручьями стекал пот, но их красивые и разрумяненные лица излучали огромное счастье и глубокую взаимную любовь друг к другу.
--Может, уже развяжешь меня, жаркая гурия?-немного отдышавшись, смиренно и капитулируя, спросил у возлюбленной Селим, ласково смотря на неё. Девушка положительно кивнула, и, отдышавшись сама, наконец отвязала любимого от кроватных золотых столбиков, затем снова удобно устроилась на его мужественной груди, чувствуя, с какой огромной нежностью и заботой он обнимает её стройный гибкий стан, ласково перебирая между пальцами блестящий шёлк золотисто-каштановых волос, с упоением вдыхая их приятный клубничный аромат и не обращая внимания на, постепенно догорающие свечи в канделябрах и тихое потрескивание дров в камине, распространяющие по покоям, мягкое тепло.
А тем временем, внедрённые во дворец, наёмники мстительной Махидевран Хатун убили всех, кто им мешал: от самого младшего конюха до фавориток. Лишь только Назенин Калфе с Асланом-агой удалось спастись из-за того, что за несколько минут до начала массовой резни, им удалось выкрасть Шехзаде Орхана с Белизар Султан. Они бежали в Эдирне, возглавляемые Лалезар Калфой с Гюлем-агой.
Что, же касается Венценосной четы, то их жестоко разлучили друг с другом и заперли каждого в своих покоях, которые надёжно охранялись суровыми стражниками, являющимися наёмниками Махидевран, которая уже приближалась к столице Османского государства, как и, почувствовавшая неладное, Михримах Султан.
Она уже прибыла в Топкапы и сейчас направлялась к главным покоям, у дверей которых, уже спорила со стражниками, одетая в парчовое платье мятного цвета, дополненное серебряным шёлком и газом, Санавбер Султан. Вероятно, ей удалось каким-то образом сбежать из-под заточения. Теперь она не находила себе места от невыносимого и, снедающего трепетную душу, беспокойства за любимого мужа, требуя. Пропустить её внутрь.
Только стражники грубо отталкивали её и приказывали вернуться в гарем, угрожая суровой расправой в случае неповиновения и называя Султаншу унизительным прозвищем «хатун», что лишь ещё больше разозлило Луноликую госпожу, из-за чего она вступилась за невестку.
--Да, как вы смеете столь непочтительно обращаться с законной женой Падишаха и матери его наследника, Шехзаде Орхана, достопочтенной Хасеки Санавбер Султан, нечестивцы безродные?! Совсем стыд потеряли?! Знайте своё место! Немедленно впустить!-грозно обрушилась на стражников, подобно самой мощной буре, Михримах Султан.
Только сейчас заметившая её появление в мраморном, освещённом лёгким медным мерцанием от, горящих факелов, коридоре, Санавбер почтительно поклонилась госпоже и, пока те находились в лёгком замешательстве от грозных слов Михримах Султан, прорвалась в главные покои.
Увиденная картина, лежащего в постели без признаков жизни Султана Селима, ужаснула юную Баскадину ещё больше, из-за чего она мгновенно подбежала к любимому, и, убедившись в том, что он жив, хотя и находился пьяным до бесчувственности, поняла, что дело здесь не чисто, взяла пустой кубок из его рук и внимательно принюхалась к нему. Там, помимо винного запаха присутствовал какой-то посторонний, но знакомый юной Хасеки.
--Это яд, Санавбер! Меня хотели отравить сегодня, но, благодаря тому, что ты своевременно научила меня различать и распознавать яды на запах, цвет и вид, я вовремя, не говоря уже о том, что незаметно от надзирателей принял противоядие.-внезапно очнувшись, задумчиво проговорил Селим, плавно сев на своей широкой постели, что заставило юную девушку вздохнуть с облегчением. Она даже крепко обняла мужа, с жаром целуя его красивое лицо, из-за чего он с огромной нежностью поглаживая её по бархатистым щекам с шелковистыми волосами, шептал ласковые слова для того, чтобы её, хоть немного утешить.