Санавбер поняла возлюбленного, и, скромно ему улыбнувшись, молча, принялась расстёгивать жемчужные пуговицы на пижаме, самозабвенно лаская его мускулистую грудь заботливыми руками и губами. Селим даже начал, дрожать от, переполнявших его нежную душу, бурных чувств, из-за чего судорожно вздохнул, и, полностью раздев возлюбленную, бережно уложил её на мягкие подушки с парчовым покрывалом, затем бегло расцеловал каждый изгиб стройного девичьего тела, тем самым прокладывая себе дорожку к самому сокровенному тёплому ласковому гроту девичьего лона.
--Селим!-смущённо воскликнула юная девушка, почувствовав его бархатистый язык внутри себя, смело ласкающий её. У неё снова закружилась голова от, испытываемых ею, приятных, даже острых и, сводящих с ума, ощущений. Девушка даже начала тяжело дышать, инстинктивно выгибаясь ему навстречу и тихо постанывая от удовольствия, подобно, разомлевшей под ласковыми руками хозяина, кошке. При этом, её руки лихорадочно сминали шёлковые простыни и от возбуждения царапали мускулистую спину венценосного избранника, из чего он понял, что девушка уже полностью готова к их трепетному, но очень жаркому воссоединению.
Молодой Султан пылко поцеловал её с сладкие, как спелые ягоды садовой клубники, алые губы и, осторожно, плавно и медленно принялся входить в ласковый грот возлюбленной, постепенно ускоряясь и позволяя ей, подстроиться под его ритмичные движения в ней до тех пор, пока это не превратилось бешеную битву на жарком ложе. Возлюбленные не уступали друг другу в любовной схватке, пока ни рухнули на мягкие подушки, тяжело дышащие, довольные и счастливые. Солёный пот прозрачными струйками стекал по ним, а тела были так разгорячены, что даже раскраснелись.
--Я люблю тебя, Санавбер!-в порыве страсти выкрикнул молодой Султан, и, немного отдышавшись, припал к губам девушки с новым жарким поцелуем. Она трепетно и нежно ответила на него взаимным пылом, при этом, ласково гладя возлюбленного по, взмокшим от пота, золотисто-русым, коротко остриженным, волосам и бархатистым поросшим лёгкой изящной щетиной щекам.
Вот только не долго, суждено было, продлится нежности и счастью возлюбленной пары. Ведь, как только юная девушка перешагнула порог великолепных покоев, одетой в бледно-розовое парчовое платье, Нурбану Султан, и, подойдя к ней, почтительно поклонилась, не известно из-за чего, вдруг получила от неё несколько звонких пощёчин, эхом отдавшимся в её ушах.
--В чём я перед Вами провинилась, госпожа? Ведь я всегда верна Вам!-чуть не плача, негодовала Санавбер, чувствуя то, как пылают её бархатистые щёки, при этом она сидела на полу и потирала их руками.
Вот только Нурбану не унималась и вымещала на наложнице весь, скопившийся за эти два дня, гнев тем, что била её и таскала за шикарные распущенные длинные шелковистые золотисто-каштановые волосы.
--В чём твоя вина, говоришь?! Ах ты, бесстыжая! Кто тебя просил, звать к себе на помощь Повелителя!? Этим ты пошла против меня, Хатун! Значит бросила мне вызов! Войны тебе захотелось?! Ты её получишь! Не жди пощады!-немного отдышавшись, гневно бросила в красивое лицо юной девушки Нурбану, что ту потрясло до глубины души. Ей даже стало страшно. Только она не подала вида. Вместо этого, Санавбер собралась с мыслями, и, понимая, что терять ей уже нечего, бросила Султанше то, о чём обещала возлюбленному, пока молчать.
--Вы не смеете меня бить, Госпожа! Я больше не ваша рабыня, которой вы можете распоряжаться так, как вздумается! Теперь я свободная женщина! Повелитель дал мне вчера вольную!
Воцарилось долгое молчание, во время которого молодые женщины воинственно смотрели друг на друга, а в их глазах пылала жгучая ярость, из чего юная девушка уже, искренне пожалела о том, что выпалила то, о чём обещала молчать до наступления подходящего времени. Вот только пути назад уже не было, оставалось пожинать плоды своей несдержанности, из-за чего девушка тяжело вздохнула.
Зато, глубоко потрясённая словами дерзкой наложницы, Нурбану поняла, что Санавбер сама вырыла могилу собственному счастью. Пусть теперь и расплачивается одиночеством. Из соблазнительной груди Султанши вырвался победный вздох. Она загадочно улыбнулась, тщательно продумывая свои дальнейшие ходы, чем и насторожила юную девушку.
--Возвращайся на этаж для фавориток и сиди там тихо, Санавбер! Твою судьбу я решу позже!-наконец, вспомнив о девушке, приказала ей Нурбану. Та, хотя не понимала того, откуда в госпоже снова взялась доброжелательность по отношению к ней, Санавбер, но испытывать судьбу на прочность не стала. Вместо этого, она грациозно встала с мозаичного пола, плавно разглаживая складки атласного платья цвета небесной бирюзы с дополнением тёмно-бирюзового газа на лифе и рукавах, не говоря уже о блестящем кружевном серебристом кафтане, и, почтительно поклонившись Госпоже, покинула её покои.