--Как твоё имя, Хатун?-приветливо спросила девушку Нурбану, с интересом посматривая на неё. Девушка почтительно поклонилась и робко ответила:
--Меня зовут Клара, госпожа.
Нурбану доброжелательно ей улыбнулась и дала распоряжение Дженфеде Калфе:
--Готовьте Клару Хатун. Завтра вечером она осчастливит шехзаде Мурада.
Султанша света, прекрасно знала о том, что девушка полгода тому назад ходила в преданных служанках у Санавбер, которая выдвинула подопечную специально для того, чтобы быть в курсе того, не замышляется, ли наложницами шехзаде, как и им самим, что-то против Повелителя.
Как-то, на днях, когда Санавбер ещё отбывала наказание в Старом дворце, Нурбану пришла к ней для того, чтобы посоветоваться о том, кого из девушек лучше сделать самой первой фавориткой шехзаде Мурада. В тот день. Молодые Султанши душевно поговорили обо всём, что касалось благополучия их общего возлюбленного и приняли мудрое решение о том, что им надо не враждовать, а наоборот, быть заодно.
В эту самую минуту к, стоявшей на террасе, одетой в бирюзовое парчовое платье, юной Султанше подошёл Гюль-ага, и, почтительно ей поклонившись, любезно осведомился о том, какие у неё будут распоряжения относительно него. Султанша сдержано вздохнула и довольная выбором Баш Хасеки, относительно «первой ласточки» для шехзаде Мурада, распорядилась:
--Приведи ко мне в покои Клару Хатун, Гюль-ага! Мне необходимо, дать ей некоторые наставления о том, как на долго удержаться в сердце господина и стать не только фавориткой, но и в последствие, госпожой.
Евнух всё понял, и, почтительно откланявшись, вернулся в гарем, а Санавбер, простояв так ещё немного на мраморной террасе, пошла в свои покои. Вот только не пройдя и нескольких коридоров, девушка почувствовала, как кто-то накинул ей удавку на шею и начал сильно сдавливать. Всё произошло неожиданно. Вероятно, кто-то специально подкараулил её за углом. Только Султанше было уже всё равно. Она стала задыхаться. В ясных глазах потемнело и перед тем, как потерять сознание, она услышала насмешливый, но полный злобы с ненавистью голос какой-то Хатун:
--Думала тебе сойдёт с рук смерть Бихтер?! Получай по заслугам, Санавбер Султан!
Тьма поглотила Султаншу, и она упала на мраморный пол без чувств.
41 глава
А тем временем, Баш Хасеки уже тихо беседовала с горячо любимым супругом о том, что их сын вырос и завтра у него первый хальвет.
Молодому Султану в это до сих пор не верилось. Время для него пролетело незаметно. Ещё пару дней тому назад его сын, шехзаде Мурад прошёл посвящение в янычары и принёс клятву.
--Теперь мы должны быть внимательными к нему, Селим. Ведь, раз у нашего сына завтра первый хальвет, значит, в самое ближайшее время надо ожидать первые любовные страдания.-с тяжёлым вздохом душевно произнесла Баш Хасеки, встретившись взглядом с мужем, полностью разделяющим с ней беспокойство за их общего сына.
--И, что ты мне предлагаешь, Нурбану?-всё с той, же, глубокой задумчивостью спросил у супруги Падишах. Нурбану ничего не ответила возлюбленному, считая, что пусть он сам решает и делает так, как считает нужным.
--Ну, что, же, раз уж мы всё решили, я вернусь к детям.-заключила она, и, получив полное молчаливое одобрение мужа, грациозно встала с подушек, и почтительно откланявшись, ушла. Селим проводил её мягким взглядом, и, выждав немного, отправился, проведать свою возлюбленную Санавбер.
Чуть позже, когда под действием успокоительных трав, которые дала ей дворцовая лекарша, Санавбер уже крепко спала в постели, возле неё на, обитой сиреневой парчой, находилась Разие Султан и дремала. Но вскоре ей пришлось встрепенуться, ведь, в эту самую минуту, в просторные, залитые мягким медным светом от, горящих в серебряных канделябров, свечей, покои, бесшумно пришёл Селим, и, застав в ним младшую сестру, встревожился, ничего не понимая.
--Селим!-спохватившись, воскликнула молодая Султанша, заметив присутствие брата, что заставило её вскочить с тахты, и, нервно теребя золотое кружево кафтана шёлкового платья цвета розовой фуксии, почтительно поклонилась. Только молодого Султана интересовало другое, приблизившись к ней.
--Что случилось с моей Санавбер?-всё с тем, же, невыносимым беспокойством спросил он сестру. Разие тяжело вздохнула, и, не желая, ничего скрывать от любимого брата, ответила:
--На девушку было совершено вероломное нападение. Её едва не задушили верёвкой, вероятно подкараулив за углом одного из коридоров, благо Гюль-ага с помощниками подоспели вовремя и спасли нашу Санавбер. Дворцовая лекарша осмотрела её и дала успокоительный травяной настой. Теперь твоя возлюбленная спит.