Потрясённый до глубины души, Селим, молча, выслушал младшую сестру, и, понимающе кивнув, любезно попросил, оставить его наедине с возлюбленной. Разие всё поняла, и, почтительно откланявшись, ушла.
Терпеливо дождавшись момента, когда за Разие закрылась дверь, Селим мягко подошёл к постели юной возлюбленной, озаряемый ласковой улыбкой, и, быстро раздевшись, осторожно лёг и крепко обнял девушку. Она, лишь что-то сквозь сон пробормотала, пока Селим самозабвенно пламенно целовал и ласкал её, бережно снимая с неё шифоновую сиреневую сорочку.
--Ты не выносим, Селим!-пленительно улыбаясь, проговорила юная девушка, чувствуя, что горячо любимый муж, ей так и не даст поспать, своими необузданными ласками. Она лениво открыла бирюзовые, как небо в ясную безоблачную погоду, глаза, и, плавно повернувшись на спину, заворожённо принялась смотреть на, крепко обнимающего её, возлюбленного, ласково поглаживая его изящными руками по бархатистым щекам, добровольно утопая в безмятежной бирюзе его колдовских глаз.
Он добродушно усмехнулся, и, плавно завладев сладкими, как мёд, алыми губами любимой девушки, принялся пламенно целовать их, а его головокружительные ласки, были неистовыми и ненасытными. Санавбер ничего другого не осталось кроме, как полностью раствориться в их общей страсти.
--Знаешь, в момент, когда меня душили, мне было страшно не из-за того, что я сейчас умру, а из-за того, что больше никогда не смогу насладиться нашей с тобой головокружительной и одновременно такой нежной любовью.-печально вздыхая, делилась юная девушка своими душевными переживаниями с венценосным возлюбленным, когда они лежали, прижавшись друг к другу и отдыхая после безумной страсти, которой предавались несколько минут тому назад.
Селим тяжело вздохнул, и, пылко поцеловав возлюбленную в шелковистый золотистый лоб, разумно посоветовал спокойным тихим бархатистым голосом, как бы, давая, любимой понять о том, что разговор на данную тему ему не приятен:
--Забудь об этом, Санавбер! Это уже в прошлом.
Юная девушка прислушалась к его мудрому совету и, тяжело вздохнув, позволила возлюбленному, снова утопить её в их огромной, как бескрайний океан, любви. Они предавались ей, почти до самого утра и уснули с первыми солнечными лучами.
Утром, когда Селим уехал на пятничную молитву в центральную городскую мечеть, сопровождаемый охраной с высокопоставленными сановниками, Санавбер принимала в своих просторных покоях, одетую в сиреневое шёлковое платье, Клару Хатун. Юная Хасеки с царственной грацией восседала на парчовой тахте и время от времени ела фрукты из серебряной чаши и доброжелательно улыбалась робкой и, до невозможности, застенчивой Хатун.
--Запомни, Клара! Твоя задача не только покорить сердце Нашего Шехзаде Мурада так, чтобы кроме тебя он никого не замечал, но и стать нашими с Баш Хасеки глазами и ушами в гареме, своевременно предупреждая нас о, затеваемых против Повелителя, заговорах. И ещё одно, Клара! Пока Шехзаде не отбудет в санджак, ему запрещено иметь детей от наложниц. Поэтому, та наложница, которая нарушит правила и забеременеет, будет немедленно отправлена на аборт и выслана из дворца на улицу!--, напоминая правила султанского гарема, наставляла наложницу юная Хасеки. Та всё поняла и обещала, быть предельно осмотрительной.
Санавбер доброжелательно улыбнулась наложнице и знаком, позволила ей, покинуть покои для того, чтобы уже идти в хамам. Та почтительно откланялась и ушла готовиться к встрече с Шехзаде Мурадом.
Прекрасная юная Султанша снова осталась одна, что лишь посодействовало её размышлениям о жизни, которая закрутилась для неё в бешеном темпе. Казалось, ещё только вчера, она была любимой дочерью отца и матери, выходцем из боярской, очень влиятельной семьи, приближённой к русскому царю. Сегодня, же, хрупкая и нежная девочка Мария превратилась в могущественную Султаншу Санавбер, ставшей владычицей трепетного сердца и, израненной бесконечной жесточайшей борьбой за Османский престол, хрупкой души молодого красивого мягкосердечного, но справедливого турецкого Властелина.
Девушка полюбила впервые в жизни и навсегда. От понимания этого, из её груди вырвался тяжёлый, но нежный вздох, мысленно признаваясь себе в том, что даже, если кто-то и предложит ей, вернуться домой в Московское царство, Санавбер, не раздумывая ни одной минуты, откажется. Ведь, отныне её дом и Родина-Османская Империя с дворцом Топкапы. Здесь смысл её жизни и счастье-Султан Селим.
Думая об этом, юная девушка не заметила того, как прошло время, за которое её возлюбленный, благополучно вернулся из городской мечети и уже провёл заседание Дивана, где с визирями обсудил массу важных государственных вопросов, найдя разумные решения, после чего мягко и бесшумно пришёл в просторные покои к юной возлюбленной.