Санавбер с царственным достоинством выдержала эти не справедливые гневные высказывания Луноликой Султанши, и, потирая изящной рукой, пылающую от удара, бархатистую щеку, воинственно посмотрела на госпожу и отважно произнесла:
--Я подарила бы правящей династии шехзаде, если бы ни ваша разлюбезная рабыня, которая отравила меня, непосредственно по вашему приказу! Вы, же, ещё продолжаете защищать её вместо того, чтобы отдать стражникам приказ о её казни!
Такой дерзости Михримах не могла стерпеть и уже занесла руку для того, чтобы снова ударить невестку, как в эту самую минуту, к ним вышел Селим. Он услышал их ссору и захотел вмешаться для того, чтобы угомонить, не на шутку разбушевавшуюся старшую сестрицу.
--Возвращайся в мои покои, Санавбер, и жди меня там!-приказал он жене. Она поняла его, и, почтительно поклонившись, ушла в главные покои, при этом её всю трясло от негодования и возмущения, вызванных несправедливыми словами Луноликой Султанши, а в красивых, словно два лесных озера, бирюзовых глазах с густыми шелковистыми ресницами блестели слёзы.
Селим проводил возлюбленную ласковым взглядом, после чего немного выждал, и, выйдя из романтической задумчивости, сдержано вздохнул и принялся, выяснять отношения со старшей сестрой.
--Да, сколько можно, Михримах?! Хватит! Смирись уже с тем, что трон османов достался мне, а не твоему любимчику Баязеду! Перестань нападать на меня и моих женщин!-вразумительно прикрикнул на старшую сестру молодой Падишах, при этом, в его приятном тихом бархатистом голосе, отчётливо ощущалась невыносимая: физическая и эмоциональная усталость. Ему уже изрядно надоели все её не справедливые обвинения и беспощадная ненависть.
Только Михримах даже и не думала, уступать брату. Вместо этого, она воинственно посмотрела в его красивые бирюзовые глаза и уверенным голосом потребовала:
--Отрекись от престола в пользу шехзаде Мурада и позволь мне стать при нём регентом, а своих женщин сошли в Старый дворец, Селим!
Между братом и сестрой воцарилось мрачное молчание, которое оказалось нарушено громким ироничным смехом Султана, что привело Султаншу луны и солнца в недоумение. Селим так и знал, что она снова вернётся к «старой песне» об одном и том, же. Михримах была не исправима.
--И не мечтай об этом!-немного успокоившись, непреклонно бросил старшей сестре Султан, давая ей, понять, что он никому не уступит свой престол.
Из этого Михримах поняла одно, что её брат настроен очень решительно в борьбе с ней. Она печально вздохнула и бросила ему вызов:
--Вижу, ты так ничего и не понял, Селим! Очень жаль! Только я, тоже не уступлю тебе ни в чём и приложу все усилия для того, чтобы свергнуть тебя! Тогда пощады не жди!
Селим загадочно улыбнулся ей своей магнетической белозубой улыбкой и с взаимной любезностью ответил:
--Удачи в поражении, дражайшая сестрица!
Михримах на эти его «любезности» злобно фыркнула и ушла в гарем, провожаемая громким язвительным смехом правящего брата.
А тем временем, стоявшая за дверью главных покоев, Санавбер отчётливо слышала весь воинственный разговор между братом и сестрой, от чего пришла в ужас. Ведь это означало лишь одно, что покоя во дворце уже никогда не будет. Начинается беспощадная кровопролитная война, победитель, в которой будет только один. Другому, же, сопернику суждено уйти в небытие.
От понимания этого, юную Хасеки всю передёрнуло. Она глубоко ушла в себя, нервно наводя порядок на рабочем столе мужа и совсем не заметила того, как он, пребывая в приподнятом настроении, вернулся в покои и подошёл к ней.
--Не понимаю, из-за чего ты веселишься, Селим! Михримах, в открытую, угрожала тебе свержением вместе с убийством.-мельком взглянув на возлюбленного, дрожащим от невыносимого беспокойства за его жизнь, вразумительно произнесла юная девушка.
Селим понял, что его любимая слышала весь его неприятный разговор с Михримах. Он сдержано вздохнул и в той, же весёлой манере проговорил, задумавшись, лишь на короткое мгновение:
--Странно, но я совсем не боюсь угроз моей сестры! Она, лишь хочет казаться грозной. На самом деле Михримах добрая.
После чего взял в руки серебряную чашу с ягодами, и, сев на парчовое покрывало своего широкого ложа, принялся увлечённо их есть. Санавбер внимательно проследила за ним, после чего, тяжело вздохнув, мягко приблизилась к нему и села рядом с ним на постель.
--Селим, ты, же, прекрасно знаешь о том, что, если не станет тебя, тогда не зачем и мне жить!-нарушив их общее мрачное молчание, заговорила с возлюбленным юная девушка, на мгновение встретившись с ним бирюзовым взглядом.