Сердце юной девушки учащённо билось в груди и готово было в любую минуту выскочить от, испытываемого ей, волнения, скромности и неуверенности в себе. Бархатистые щёки залились румянцем смущения. Сидящий на парчовом покрывале широкого ложа и одетый в тёмно-зелёную с золотой вышивкой шёлковую пижаму, Селим с интересом посматривал на, присланную к нему Разие, девушку, ходившую у ней с Санавбер в разведчицах. Он даже и не надеялся на жаркий хальвет с ней, хотя она ему полюбилась, трепетно.
Эфсун!-ласково улыбаясь юной девушке, выдохнул Селим, приманив её к себе тем, что легонько похлопал рукой по покрывалу рядом с собой. Девушка судорожно вздохнула, и, подойдя к постели, продолжала дрожать от страха перед неизбежной близостью. Она робко села рядом с повелителем, не смея, поднять на него своих выразительных карих глаз с шелковистыми густыми ресницами, и взволнованно теребя тоненькими пальчиками блестящее кружево кафтана.Это ни укрылось от внимательного бирюзового взгляда Селима, что вызвало в нём вздох искреннего умиления.
--Не бойся, Эфсун! Можешь мне довериться! Я постараюсь сделать так, чтобы ты не почувствовала боли.-заботливо произнёс Селим, постепенно овладевая её, сладкими, как мёд, трепетными алыми губами, а его изящные пальцы, умело развязывали шнуровку на сборёном лифе платья и уверено ласкали упругие полушария, обнажающейся девичьей груди с брусничного цвета сосками. Они затвердели и приятно ныли от возбуждения, при этом красивая голова юной девушки шла кругом.
Эфсун не смела, да и не хотела отказывать Султану. Вместо этого, она позволила ему, увлечь себя на постель, продолжая увлечённо, раздевать и ласкать её стройное тело. Когда, же, девушка уже полностью была готова к их общему трепетному воссоединению, Селим осторожно и медленно вошёл в неё, постепенно ускоряя внутри наложницы свои движения, под которые она подстроилась, превращая их соитие в жаркую битву на султанском широком ложе. Только вскоре всё закончилось и измождённые головокружительной страстью, любовники уснули в жарких объятиях друг друга.
48 глава
Вот только с первыми лучами яркого летнего солнца, юная наложница осторожно высвободилась из жарких объятий молодого Султана, и, бесшумно выбравшись из постели, принялась собирать с пола свою одежду для того, чтобы немедленно уйти из главных покоев. Ведь ей ещё предстояло привести себя в порядок и отчитаться перед Михримах Султан о прошедшей ночи.
Только, в эту самую минуту, до неё донёсся ещё сонный голос Правителя, внезапно почувствовавшего, рядом с ним никого нет, из-за чего он проснулся и с глубоким недоумением принялся смотреть на, собирающуюся уйти, наложницу.
--Возвращайся в постель, Эфсун! Я тебя не отпускал от себя!-приказал девушке Селим. Она трепетно вздохнула, и, счастливо заулыбавшись, вернулась к нему в постель. Селим, же, со своей стороны, обрушил на девушку очередной шквал, состоящий из: неистовых головокружительных ласк и жарких поцелуев.
Позднее юная девушка уже стояла перед, царственно восседающей на парчовой тахте, госпожой, которая была одета в яркое синее парчовое платье с золотой вышивкой на груди. Красивое лицо её было озарено доброжелательной улыбкой. Султанше пришёлся по душе отчёт Эфсун о, проведённой ей, ночи с Султаном.
--Как понимаю, Селим, влюбился в тебя. Это очень хорошо, Эфсун! Теперь нам необходимо приложить все усилия для того, чтобы он лишился бдительности с осторожностью. Только тогда мы сможем действовать дальше. Селим ещё не знает, что с нами опасно ссориться.-коварно улыбаясь юной девушке, загадочно произнесла Михримах, грациозно пригубив шербета из розовых лепестков, налитого в серебряный кубок.
Эфсун, чувствуя неладное, насторожилась, но притворяясь любопытной наивной дурочкой, поинтересовалась:
--А могу, ли, я узнать у вас о том, что потребуется от меня, госпожа?
Михримах, довольная проявлением участия со стороны преданной рабыни, подала ей маленькую стеклянную склянку с прозрачной жидкостью с настоятельными рекомендациями:
--Пора немного припугнуть Селима, а то слишком что-то он себя самоуверенно ведёт. В этой склянке содержится яд, не имеющий: ни вкуса, ни запаха. Ты вольёшь его в кубок с шербетом Селиму когда придёшь к нему на новый хальвет. Яд, конечно, не убьёт Султана, но заставит его слечь в постель с симптомами похожими на лихорадку, зато после этого, мой братец хорошенько поразмыслит о том, что значит, иметь меня в качестве своего врага и станет более покладистым.