Я взглянула в зеркало и ошарашенно уставилась на собственное отражение. Ох, чую, эти кошмары добром не кончатся. Лицо опухшее, какое-то осунувшееся, или это от недосыпа? В любом случае лицо у меня такое, какое есть. Но этот шрам… Боже, сейчас он кажется таким отвратительным. Видимо, я никогда его не приму. Чувство стыда жгло меня изнутри, когда я вспоминала, как отчаянно пыталась его скрыть, словно это могло стереть прошлое, которое так нагло о себе напоминало.
***
По дороге в школу меня догнал Майкл. Он обнял меня за плечи, пытаясь подбодрить, но я чувствовала его напряжение.
— Привет, Ами. Как ты? — участливо спросил он, прикрывая глаза от яркого утреннего солнца. Он был одет по-летнему, не так, как я. Футболка с надписью: «Texas» и бежевые широкие шорты. Да, на улице действительно было жарко, даже душно. Пару дней назад я чувствовала себя так же, но сегодня меня знобило. Возможно, опять же из-за недосыпа и голосов, которые засели у меня в голове.
– Да вроде ничего, – пожала я плечами, стараясь скрыть тревогу, которая с каждой минутой становилась все сильнее. – А ты?
– Тоже ничего, но… – он запнулся, словно не решаясь что-то сказать. Я слегка подтолкнула его локтем.
– Ну давай, выкладывай. Что случилось?
– Я переживаю за Энди. Ты, наверное, уже слышала?
– Что с ним?! – испугалась я, чувствуя, как бешено колотится сердце. – С ним все в порядке? На него напали?
Вчера я намеренно избегала новостей, боясь услышать что-то плохое, но, услышав имя Энди, не смогла сдержать тревогу.
– С ним-то все в порядке, – быстро успокоил меня Майкл. – Но его отца… убили. Вчера вечером у входной двери его дома нашли тело. Я ахнула, не веря своим ушам.
– Как мертвым? – прошептала я, чувствуя, как по телу пробегают ледяные мурашки. – Этого не может быть!
Смерть продолжала собирать свою жуткую жатву, унося жизни вокруг меня. Известие о мистере Хилле стало очередным потрясением. У нас были прекрасные отношения. Он всегда восхищался моей стойкостью, говорил, какая я смелая и замечательная. Иногда это даже раздражало Энди, потому что тот вечно ставил меня в пример. На отцов в этом городе какое-то проклятие. Сначала умер мой отец, Бритни, а теперь и Энди. И во многом это из-за меня, из-за тех проблем, которые я принесла в этот город. Осознание этого накрыло меня новой волной стыда и чувства вины.
– Энди сегодня не будет в школе, это понятно. И лучше его сейчас не трогать. Ему нужно время, чтобы прийти в себя.
– Но разве мы не должны его поддержать? – возразила я.
– Я пытался, – вздохнул Майкл. – Но он никого не хочет видеть. Говорит, чтобы все оставили его в покое. Думаю, ему действительно лучше побыть одному.
– Да уж, этот город... – я не договорила, оборвав фразу на полуслове. Этот проклятый город действительно медленно сводил меня с ума. И я словно тянула за собой всех, кто был рядом, в эту пучину отчаяния.
– Скоро твой день рождения, ты уже придумала, как его отметишь? – попытался сменить тему Майкл.
– Не думаю, что вообще буду его отмечать, – пожала я плечами. – Грейс уезжает, Митч в больнице. Я останусь одна. Лучше запрусь дома и буду смотреть фильмы. Так безопаснее.
– Ами, перестань, – нахмурился Майкл. – Нельзя же всё время бояться! Ты загоняешь себя в угол.
– Легко тебе говорить, – огрызнулась я, чувствуя, как нарастает раздражение. – Этот маньяк не достает тебя звонками, не имитирует голос умершего отца, не доводит до того, что тебя считают психопаткой. А я разгуливаю по улицам и жду, когда он придет за мной. И не забывай, что он знает мой адрес! Знает мои слабости! Мне стыдно, что из-за меня ты тоже здесь, что ты все это терпишь.
Майкл вздохнул и, достав пачку сигарет, молча протянул ее мне.
– Будешь? Я молча взяла сигарету и закурила. Горячий дым обжег горло, на мгновение успокоив расшатанные нервы.
– Не злись, Ами, я понимаю, что тебе сейчас нелегко. Когда умерла Мэй, я словно попал в какой-то личный кошмар и не хотел больше жить. Но я стараюсь держаться, надеясь, что виновный поплатится.
– Я знаю, Майкл, я не злюсь, – прошептала я, чувствуя, как к горлу подступает ком. – И ты меня прости. Я веду себя как гребаная эгоистка. Не замечаю никого вокруг, кроме своей боли. Не вижу, как тебе тяжело.
– Ты не эгоистка, поверь мне, – тихо ответил он. – Просто сейчас живую музыку на набережной, ночные огни высоток и веселье в скейт-парках заменил страх перед новым маньяком. Город, который мы так любили за его бесконечное лето, за ощущение свободы, сейчас совсем другой. Его накрыла тень, Ами. Но мы справимся. Город оправится. История изменится, и больше не будет никаких маньяков, причиняющих нам боль. Главная сволочь этого города канет в Лету.