Но тут, словно спасение, послышались звуки сирен. Полиция.
Маньяк, бросив на меня презрительный взгляд, метнулся к разбитому окну на кухне и, словно призрак, исчез в ночи. В дом ворвались полицейские и медики. Увидев моих друзей, истекающих кровью, они принялись суетиться, укладывая их на носилки и грузя в машины скорой помощи.
– Аманда, добрый вечер. Что здесь произошло? –ко мне подошел офицер полиции. Он слегка потряс меня за плечо. – Не молчите, скажите что-нибудь.
Я молча кивнула, не в силах произнести ни слова. В голове проносились те ужасные воспоминания о дне, когда мой отец пытался меня убить. От этих картин речь словно покинула меня навсегда.
– Господи, Аманда, ты в порядке? Что случилось? – За дверцей дома пробежали Амбер и Бритни. Они были напуганы до смерти, и, не обращая внимания на полицейского, крепко обняли меня.
– Дамы, я не хочу вам мешать, но сейчас не лучший момент, чтобы подбегать и обнимать пострадавшую, – грубо отрезал полицейский, отстраняя Амбер и Бритни от меня. Его взгляд был холоден, как приговор.
– Она наша подруга, сэр! – огрызнулась Амбер, не отступая. Я была ей благодарна за это, но сейчас, казалось, лучше было не спорить с ним.
– Расскажите, что произошло, прошу, – тихо попросила Бритни, стараясь сгладить конфликт.
– Да хоть дочь, – процедил полицейский, не смягчаясь. – Пока ничего сказать не можем. Мы должны разобраться в ситуации, прежде чем давать какие-либо комментарии гражданам, – отчеканил он. Затем меня, словно подозреваемую, посадили в полицейскую машину и увезли в участок.
***
Меня усадили за скрипучий стол в душном, прокуренном кабинете. Полицейский, – его лицо было изборождено глубокими морщинами, – сел напротив, и начался допрос. Я ненавижу допросы. Они вытаскивают на свет старые раны, заставляют снова переживать тот кошмар, который я так отчаянно пытаюсь забыть.
– Аманда, расскажи, как ты поняла, что маньяк находится рядом с твоим домом? – спросил он, его голос был ровным, но настойчивым.
– Мне позвонили на телефон, я взяла трубку, – начала я, стараясь говорить спокойно, хотя сердце колотилось с бешеной скоростью. – Со мной начали говорить, а потом я услышала, как кто-то разбил окно. Ну, и тут сразу стало понятно, что кто-то рядом, ведь у нас в семье не принято камнями швыряться.
В голосе промелькнула горькая усмешка. Как иронично. «В нашей семье не принято». Моя семья – это безумие, смерть и кровь.
– Странно, – полицейский нахмурился, его взгляд стал подозрительным. – Наши люди обошли дом и двор. Никого не было.
Его заявление насторожило меня. Он лжет? Это невозможно. Он не мог исчезнуть так быстро. Однако я продолжала слушать.
– Что ж, значит, пока что нам известно только то, что тебе звонили. Мы пробьем номер, с которого тебе звонили. Это займет некоторое время.
Мужчина встал и вышел, оставив меня одну в тишине. Тишина давила на меня, словно каменная плита, с каждой секундой проникая глубже, усиливая страх, который уже сковал каждую клеточку моего тела.
Я просидела около тридцати долгих, мучительных минут. Затем в кабинет вошли трое полицейских. Они сразу же попросили меня не беспокоиться. Не беспокоиться?! Они издеваются? Как я могу не беспокоиться, когда мои друзья ранены, когда на свободе бродит безумец, подозрительно похожий на моего отца?!
– Почему я должна не беспокоиться? – прошептала я, чувствуя, как к горлу подступает истерика.
– Аманда, – начал один из сотрудников, который, казалось, сам был в шоке. – Номер, с которого тебе звонили… Это номер твоего отца.
Мир перевернулся. Время остановилось. Дыхание перехватило. Я не могла поверить своим ушам. От шока я даже широко раскрыла глаза. Я пыталась что-то сказать, но никакие слова не могли описать мою реакцию. Это нереально. Этого просто не может быть. Мой отец мертв. Я сама видела его мертвым. Да что уж видела, убила его собственными руками. Но как тогда объяснить этот звонок?
– Понимаю твой шок, – выдохнул второй мужчина, глядя на меня с искренним сочувствием. Он взял телефон, попросил меня продиктовать номер моей тети. Выполнив его просьбу, я услышала, как раздались гудки. Затем трубку взяли. Полицейский сообщил Грейс о произошедшем. Отключив звонок, он сказал: – Твой опекун приедет через час.