- Он был напуган как мальчишка. Но я не готова оказаться на Фермах. И я сказала ему: мы едем. И он поехал, - Катя, так звали брюнетку, многозначительно посмотрела на Дона, - теперь дело за малым. И я надеюсь приступить как можно скорее к тому, ради чего мы тут собрались.
- Ого, какая решительность, а мне сказали, что вы сомневались, - Дон прикусил язык, не в его стиле показывать заинтересованность.
- Это они сомневались, - брюнетка посмотрела на стоящую перед Доном троицу, - верят всяким сплетням, - процедила она.
- Сплетням? - Дон выпустил дым и попытался казаться максимально отстраненным. Еще недавно, он сразу бы прекратил все эти разговоры, попросил деньги вперед и приступил к делу. Но сейчас, когда дела в таком печальном состоянии, ему нужна была любая зацепка, чтобы выяснить, почему за целую неделю ни одного звонка?
- Болтают всякое, - брюнетка, наконец, встала, в ней было метра два роста, - говорят, за последние 3 месяца ни одного удачного случая.
- Вот как...
- Но я не из тех кто верит сплетням, - она подошла к нему вплотную. - Я привыкла доверять только себе. Ну и, - она мотнула головой в сторону мужа, - этому придурку.
Дон демонстративно посмотрел на часы.
- Что ж, если никто больше не сомневается, можем начинать. У меня еще много планов на эту чудную, чудную ночь. - Ему самому стало интересно, неужели и правда за 3 месяца ни одного удачного случая? И почему он узнает об этом только сейчас? Неужели ни у кого не возникло желания вернуться сюда и начистить ему морду?
- А что если и правда не сработает? - рыжая нервно покусывала губу и держала за руку патлатого.
- Ну, я не волшебник, - Дон развел руками, ситуация уже изрядно начинала напрягать его. Еще никогда ему не приходилось так растекаться перед парочками. - С кого начнем?
***
Когда он закончил, Арла уже сидела за тяжелым резным столиком, скрытая от посторонних глаз несколькими рядами стоящего колом от грязи шелка. Манящая и пугающая. Стразы на черном теле.
- Здравствуй, Дон.
- Здравствуй, Арла.
Он скользнул под занавес.
- Ты не против?
- Садись. Как прошло?
Она кивнула в сторону парочек. Они выглядели напуганными, но довольными. Эрл запротестовал, когда Катя поднесла к губам стопку и выпил за нее.
- Ты уже в курсе?
Она пристально посмотрела на него.
- Все уже в курсе.
- И Аслан тоже?
- И он.
Дон полез в карман за сигаретами. Неужели, все вот так вот закончится?
- Он мне пока ничего не говорил.
- Еще не вечер.
Дон ухмыльнулся и уставился перед собой. Вот дрянь. Он втянул губы и постучал ими друг о друга, издавая квакающий звук.
- Вот дрянь, да?
Арла молча кивнула. Верхняя половина ее лица было скрыта черной пластиковой маской - лишь неестественно голубые глаза блестели в аккуратных прорезях.
- Мы всего лишь вспышка, мой мальчик, - кончики ее губ слегка приподнялись, задрожали и вновь опустились, - не стоит так сильно переживать.
Она встала во всем своем двухметровом великолепии. Глянцевые бедра оказались прямо перед глазами Дона.
- А может уедем? Вместе? Осядем где-нибудь дикарем? Тебе ведь тоже все надоело? Каждый день, весь этот дым, и шум. И...
Она положила его руку себе на бедро. Металлический холод глянцевых ног обжог Дона и он инстинктивно одернул руку. Когда, через долю секунды, он снова решился дотронуться до Арлы, она уже исчезла в густом тумане Душной Птицы.
Дон устало плюхнулся на диван. Закурил без удовольствия, также без удовольствия опрокинул остатки коктейля Арлы. Водка с апельсиновым соком. Он поморщился. Нависшая над ним угроза расползалась, вытесняя из жизни удовольствие, радость, спокойствие и заполняя все удушающими страхом и тревогой . Что-то говорило ему, что стоить покончить со всем прямо тут, сегодня же... Мы всего лишь вспышка. А я не такая уж и яркая. Дон прыснул. Как часто он приходил к такому заключению? А потом все равно вставал и что-то делал. Не важно, что именно, важно было само движение, от неизбежного к неизвестному. От страхов к открытиям. От тревог к волнениям.
Публика вяло качалась под депрессивную ритмичную музыку - печальное отражение деградирующей жизни. Дон скользнул сквозь толпу, к черному выходу. Он любил стоять там, смотреть на темное пятно лесного массива, разделяющего Душную Птицу и ближайшую Ферму. Говорят, люди там счастливы. Но почему то никто туда не хочет.
Дон облокотился на шершавую, отделанную известкой стену и вдохнул прохладный ночной воздух. Короткая молния высветила сгустившиеся над лесом тучи. Они были темные-серые, полные влаги. На кухне скрипнула дверь, и, моргнув холодным желтым светом, с грохотом закрылась.