Зазвонил телефон. Гиллеспи услышал в трубке голос Шуберта:
— Билл, вынужден тебя побеспокоить. Мне непрерывно звонят члены совета — интересуются, когда же наконец вы арестуете убийцу. У тебя есть что-то новое?
— Фрэнк, это черт знает что. Скажи им, что их болтовня мешает нам работать. Невозможно нормально вести расследование, когда у тебя стоят над душой.
Мэр помолчал.
— Ладно, Билл, я понимаю, что́ ты сейчас чувствуешь. Но этого цветного из Калифорнии ты уже спровадил?
— Нет, и не собираюсь. — Гиллеспи едва сдерживался.
— Билл, полагаю, это было бы разумно.
Гиллеспи все же не выдержал и крикнул:
— Да будь я проклят, если поддамся на их угрозы! Ни за что! — Затем уже более спокойным тоном добавил: — Фрэнк, мне надо идти. Я позвоню тебе, как только появится что доложить.
— Хорошо, Билл, пока.
Гиллеспи понимал, что мэр долго терпеть не будет. А если он по-настоящему разозлится, это будет конец его карьере как шефа городской полиции. Он взял микрофон внутренней связи:
— Где Вирджил?
— Уехал, — ответил Пит. — Ему позвонил какой-то священник, и он свалил. Вы хотите его видеть?
— Ладно, потом.
Гиллеспи встал, нахлобучил форменную шляпу и двинулся к двери. В любом случае это нужно выяснить.
Управляющий банком принял его учтиво и сразу послал за документами Сэма Вуда. Гиллеспи был доволен, что хотя бы здесь к нему относятся с должным уважением. Дело в том, что жить в этом городке ему становилось все противнее.
Наконец принесли папку с документами. Дженнингз молча полистал ее и посмотрел на Гиллеспи:
— Мистер Вуд открыл у нас счет несколько лет назад. Там никогда не было больше нескольких сотен долларов. Дважды он превысил остаток, но быстро погасил задолженность, так что претензий к нему нет. Он вкладывал деньги и снимал примерно с одинаковой частотой.
— И больше ничего? — В голосе Гиллеспи прозвучало разочарование.
— Сейчас скажу, — спокойно ответил Дженнингз. — Два дня назад мистер Вуд неожиданно погасил кредит за дом. Сумма не ахти какая. В оплату он предъявил чек, объяснил, что это его доля от наследства, только что прислали по почте. Недостающую сумму, шестьсот долларов, он внес наличными.
— Шестьсот долларов наличными? — удивился Гиллеспи. — Странно.
— Согласен, это не совсем обычно, — отозвался управляющий, — однако многие продолжают прятать свои накопления в матрасах или коробках из-под печенья, пренебрегая возможностью увеличивать их, пусть и незначительно, за счет банковских процентов.
— Да, но такие люди не имеют счетов в банке, — возразил Гиллеспи.
Ну разве это не улика? Он все ждал, когда же ему дадут хороший пас, и вот теперь мяч попал прямо в ноги, чуть ли не у самых ворот.
У Сэма Вуда вошло в привычку каждый день около четырех часов заглядывать в участок. Сегодня особой охоты не было, но он решил не отступать от заведенного правила. Поездив в одиночестве остаток ночи, он осознал, что обошелся с чернокожим детективом несправедливо. Как он только догадался, что Сэм схитрил? Но после того, как это случилось, ему не хотелось встречаться с Вирджилом Тиббзом.
В комнате дежурного Сэм увидел Эрика Кауфмана. Тот разговаривал с Питом, держа в руке небольшой пистолет, который Пит регистрировал.
Кауфман улыбнулся Сэму:
— Вы не подождете меня пару минут? Я сейчас закончу.
— Конечно, — сказал тот и сел на скамейку у стенки, подальше от дежурного.
Вскоре рядом опустился Кауфман.
— Прежде всего, — начал он, — мне хочется перед вами извиниться за то, что погорячился тогда ночью. Правда, я был очень расстроен и убит горем, но это не оправдание.
— Я уже об этом забыл, и вам советую, — вежливо отозвался Сэм.
— Лишь позднее, когда я в спокойной обстановке поразмышлял, до меня дошло, что ведь вы тогда ехали к Эндикоттам, чтобы выяснить, не нужна ли помощь. Мы с Дуэной очень вам признательны.
Последняя фраза произвела на Сэма эффект, словно его сильно ударили под дых. На мгновение он потерял дар речи.
— Все как следует обдумав, — продолжил Кауфман, — я решил получить разрешение на ношение пистолета.
— А вы знаете, как с ним обращаться?
— Не очень. Но я вообще-то не собираюсь из него стрелять. Полагаю, достаточно будет попугать. А потом, когда все закончится, я вообще о нем забуду. Надеюсь, расследование идет полным ходом?