Конечно, Яна такая предсказуемая: в случае провала замирает, как медуза, и болтается в воздухе. Фу, Яна, фу!
Мне в лицо подул теплый сентябрьский ветер, вместе с ним в глаза попала пыль, и я зажмурилась. Во дворе пахло кислыми голубцами и чем-то затхлым. Здесь было…тоскливо, как на кладбище, и я бы давно сбежала, но рука Игнатова, что до сих пор держала мою, невообразимым образом придавала уверенность в себе.
- Виталий Геннадьевич, что мы тут делаем? Где мы вообще?!
- Это двор, в котором я прожил большую часть своей жизни, Яна. Я специально привез Вас сюда.
- Зачем?
- Это идеальное место для того, чтобы рассказать одну притчу. Иногда бывает такие ситуации, из которых не выпутаешься при помощи справки и разговора с директором. Не поможет и повестка в суд, хороший адвокат и вся семья юристов вплоть до семнадцатого колена. Мужчина не обязан решать конфликты кулаками, но он…как бы это…в случае опасности, он должен знать, что может отстоять свое достоинство и свою женщину. В месте подобно этому понимаешь особо остро, что нужно быть сильным, или тебя сожрут.
- А еще можно быстро бегать, - постаралась перевести я тему.
- Бегать это первое, чему я здесь научился, - губы Игнатова слегка дрогнули в ленивой улыбке.
Где-то впереди звучали блатные песни и гнусавые голоса. Обсуждали не политику и не балет. Виталий Геннадьевич ускорился, идя на источник звука, и я едва расслышала, как он пробормотал:
- Как удачно.
Спросить его, что именно было удачным, я не успела: мы оказались перед небольшой компанией парней, сидевших на старых ржавых жигулях. Они что-то курили, что-то пили, мерзко и по-шакальи смеялись, не отрывая глаз от единственной девчонки в их компании. Она, будто трофей, вертела сочным бампером, обтянутым в короткую юбку.
Игнатов обернулся ко мне и спросил:
- Яна, вы мне доверяете?
- Не очень, - выпалила я.
- Допустим, я ждал другой ответ, но хвалю вас за честность, - криво усмехнулся шеф, повернулся в сторону гоповатого вида ребят и свистнул.
Он натурально свистнул, засунув два пальца себе в рот! Громко и пронзительно, как Соловей-разбойник из старой сказки, отчего сидевшие на машине парни слегка пригнулись.
Разговоры оборвались на полуслове, и несколько пар хищных глаз уставились на Игнатова, а потом на меня.
- Чего тебе надо, дядя? – прохрипел кто-то один.
Внутренне я согласилась с этим недогопником, так как сама не понимала, что мы тут делаем. Этот вонючий, грязный, пустынный двор выглядел, как картинка из фильма про постапокалипсис, и мне хотелось поскорее оказаться в нашей уютной инфинити и мчаться подальше от гиблого места. Даже вечность наедине с Гоброй казалась мне чаепитием в райском саду по сравнению с перспективой провести тут еще пять минут.
Игнатов уверенно отстранил меня так, чтобы я оказалась у него за спиной. Он полностью прикрыл меня от голодных, злых взглядов мужчин, но я все равно услышала, как кто-то из них произнес:
- А баба у него ничего, самый сок. Не хочешь погулять с нами, девочка?
Начальник обернулся ко мне, и я считала на его лице решимость и азарт. Что-то совершенно новое, не похожее на всегда сдержанного чопорного начальника в итальянском костюме, сшитом на заказ.
- Что мы будем делать? – непонимающе прошептала я.
- Ты, - улыбнулся картавый дьявол, - будешь волноваться за меня. А я буду драться…за тебя.
Кулаки его сжались, корпус напрягся в агрессивной стойке, и сам он слегка подался вперед. Навстречу окружившим нас противникам.
***
- Смотри, Яна, сейчас я перенесу вес на правую ногу и ударю слева. Левая рука у меня слабее, но тут должен сработать эффект неожиданности, - произнес Игнатов, глядя в мою сторону. Стоящие напротив него гопари недоуменно переглянулись.
- Виталий Геннадьевич, боюсь вас расстраивать, но то, что вы рассказали мне только что, немного смазало этот ваш эффект неожиданности.
В ответ начальник подарил мне ослепительную улыбку. Он выглядел совершенно спокойным, даже когда на нас двинулся центровой громила – высокий долговязый парень без переднего зуба и хотя бы каких-то зачатков интеллекта.
- Опора на правую ногу, удар слева, - словно мантру, повторил Игнатов, когда до противника оставалось меньше шага.
Тот удовлетворенно хмыкнул, предвидя легкую победу, и отстранился в сторону, чтобы избежать удара в лицо.
Дальше произошло странное. Игнатов сделал шаг вперед, чиркнул ногой, будто бы подставил подножку, и не ожидавший этого амбал смачно прополол лицом асфальт. Шеф навалился сверху и завел руку недогопника ему за спину. Раздался хруст и следом за ним надсадный вопль.