После некоторой паузы мой собеседник сказал:
— Но надо отдать должное и швейцарской полиции. Радистов, запеленгованных немцами на швейцарской земле, швейцарская полиция арестовывала, изолировала в тюрьмы, но не выдавала немцам, ссылаясь, что следственные дела еще не завершены… А скоро кончится война, и швейцарцы их выпустят на свободу. Я в этом глубоко убежден!
Несколько поразмыслив, старец сказал:
— Знаете, я подумал и решил вам предложить небольшой вояж. Надеюсь, вы справитесь с этим заданием. По возвращении вы отправитесь в Стамбул, где ваши следы, как я понял, потом затеряются. И это тоже важно. А дело вот в чем.
Я предлагаю вам завтра в восемь утра поехать на моей машине в Париж, а затем из Парижа на самолете — в Брюссель. Поедет с вами человек надежный, и он вас везде прикроет. Это — наш человек. Фамилия его сегодня Штайнгельц, звать Фридрих. Он — заместитель начальника берлинской зоидеркоманды, которая, действуя в Бельгии по приказу Гитлера, запеленговала в Брюсселе три источника нашей связи. Большой шеф едва избежал ареста.
— А кто такой Большой шеф?
— Польский еврей Домба, оп курирует «Красную капеллу» — антифашистскую подпольную организацию, действующую в основном в Берлине. Многие из них уже арестованы и расстреляны… Штайпгельц — агент-двойник, его семья взята нами в заложники, и он вас не выдаст. Риска особого для вас я не вижу. Другие мои связные в раз летах, их сейчас пет в Женеве. А дело несложное. Вот я и подумал о вас… Операция ваша заключается вот в чем. Вы прибудете в Брюссель (старец назвал адрес). Это будет день, когда наш агент обязан быть на месте. Звоните ему по телефону (старец назвал номер телефона). Вызовите Бериера, он работает в часовой мастерской. Вы ему скажете по-немецки: «Это я — Эсиер, прибыл из Женевы, привез ваш заказ: партию часов». Он должен ответить: «Очень рад! Очень рад!» Это — пароль. В одних часах будет микропленка. Он ее ждет.
После того как немцы запеленговали три наших источника связи, они перебазировали свою зондеркоманду в Париж и Женеву. Их пеленгаторы, замаскированные под машины овощных магазинов, снуют здесь по городу. Надо в Брюсселе «разморозить» два наших радиопередатчика. Один — вы, другой — еще один наш коллега, чтобы немцы поняли, что брюссельское подполье не уничтожено, и тогда их зондеркоманда будет вынуждена вернуться в Брюссель. Это для нас очень важно. Когда вы прибудете в Брюссель на место, то за подъездом вашего дома Штайнгельц будет следить из окна противоположного дома. Его посты также возьмут нужный дом под наблюдение. Если квартира нашего агента засвечена и гестапо вас арестует, то Штайнгельц вас отобьет, скажет, что вы его человек. Если даже вас привезут в гестапо Брюсселя, возможно, группа захвата из гестапо не будет знать Штайнгельца в лицо, а в достоверность его документов не поверит, то он вас все равно выручит, ибо в верхах его хорошо знают. Когда вернетесь, получите вознаграждение пятьсот франков. Ну как?
— Согласен!
…Все было так, как и предсказал Белобородов. Меня никто не арестовал. Квартира в Брюсселе не была засвечена. Штайнгельц настроил рацию, отбил ключом минут пять, и мы вернулись в Женеву тем же путем. Проезд через границу прошел также благополучно. Навестил Белобородова у Сосновского, получил вознаграждение…
Незабываемые часы провел я в беседах с Белобородовым. Сколько интересного, поучительного узнал я для себя!
Забегая вперед, скажу, что этого удивительного человека я видел в Европе еще три раза: дважды в Женеве в отеле, а третий, и последний, раз в городе Бромберге, уже освобожденном от фашистов… А затем неоднократно встречались у Абакумова на Лубянке… И опять мы сердечно беседовали… А тогда, после последней встречи в Женеве, я искрение желал ему осуществления его заветных надежд.
Все ли будет так, как должно быть?