— Замечательно, Антон. Именно то, что мне нужно.
Его улыбку как будто кто-то стер:
— После скучного свидания и звонка экс-бойфренда, хотите сказать?
— Опять ссоримся? А тому, кто ссорится в такой чудесный вечер, «стыд и срам», как тем трубочистам! — бросила она.
— Вы не ответили на мой вопрос.
— Да, признаю, наша прогулка доставляет мне гораздо большее удовольствие, чем свидание. А о Павлике я вообще хочу поскорее забыть.
— Ну дайте же мне шанс!
— Настоящее свидание?!
— Я жду.
Галка чувствовала, что ее решение поквитаться со всеми принцами на свете висит на волоске. Действительно, когда она скакала по детской площадке, она получала удовольствие намного большее, чем от интеллектуальной беседы с Андреем. Конечно, Черкашин ей нравится, он ужасно привлекателен, но она не готова к романтическим отношениям с ним. Разумеется, он постоянно смешит ее, и — когда не провоцирует на нелепые выпады — очень мил и заботлив. Галка улыбнулась. Наверное, она ему обязана, надо пойти на свидание. Но торопиться не стоит ни в коем случае.
— Можно, я подумаю до завтра?
— Так тяжело принять решение?
Она вздохнула:
— Мне — да.
— Случайно, не из-за охоты на уток?
— Смейтесь, смейтесь! Сама знаю, что план далек от совершенства, но надеюсь, он покончит с моей привычкой влюбляться в очаровательных мужчин.
От комментариев собеседник воздержался, но заметно поскучнел.
Карусель постепенно замедляла свой бег, и, чтобы скрыть раздиравшие ее противоречивые чувства, Галка обратила взор к звездам.
— Кажется, уже действительно поздно. — Деловой голос Антона нарушил тишину. — Пойдемте, я провожу вас.
Когда они возвращались в дом, девушка пыталась прийти к какому-то решению. Она чувствовала, что Антон близок к тому, чтобы отказаться от всяких надежд. Если она оттолкнет его сейчас, то больше никогда уже не дождется его приглашения на романтический ужин. И тогда они останутся просто соседями, обменивающимися легким кивком при встрече.
Что-то в ней бурно протестовало против такого развития событий. Подходя к дому, она коснулась его локтя:
— Подождите.
Он обернулся к ней.
Тут мимо промчались подростки на роликах, едва не опрокинув их, и Галка покачнулась. Антон схватил ее за руки и удержал от падения.
— Так что вы хотели сказать мне?
— Антон, мне не надо брать срок на раздумья… — Она умолкла, заметив, что на двери соседа висит листок бумаги. Галина отчетливо увидела отпечаток губ, который можно было трактовать как недвусмысленное приглашение.
С помрачневшим лицом он сорвал записку и стал читать вслух. Дойдя до слов «Дорогой Антон, я так одинока — Людмила», он спокойно взял бумагу и смял пальцами.
— Забудьте об этом. Это не имеет значения. Так что вы хотели мне сказать?
В ней поднималась холодная ярость. Сколько таких отговорок она уже слышала! Вдруг на нее накатило желание ударить его (забыла она, что ли, все прошлые уроки, преподанные бойфрендами?!).
— Я хотела пожелать вам доброй ночи, — сладким голоском пропела Галка. — И поблагодарить за милое завершение этого вечера. Спасибо. И благодарю за приглашение на ужин. Но мой ответ — нет.
Как же она забыла, что под дверью этого проходимца постоянно толкутся женщины?! Они никогда бы так себя не вели, если бы он не поощрял их. К счастью, записка вовремя отрезвила ее. Иначе, чего доброго, ей бы пришлось занимать очередь.
Когда Галка рылась в поисках ключа, ее грубо развернули.
— Я же сказал, что эта записка ничего не значит. Я даже не знаю, кто эта Людмила. В глаза не видел! Очевидно, одна из…
Галка разъярилась еще больше:
— О, не трудитесь! Я сама видела все эти толпы. Может, они ничего и не значат для вас, но мне это знакомо, так же говорили обо мне. Черт возьми, мне даже жаль эту Людмилу, да и других тоже.
— Спорим, что так и есть. Вам всегда кого-то жаль. — Антон тоже потерял терпение. — Мне кажется, что вы с ней имеете больше общего, чем сами думаете. — Не попрощавшись, он быстро зашагал к своей двери.
В напряженном молчании оба доставали свои ключи. Галка виновато думала, что перестаралась, что все это глупая ревность… Ревность? Да она идиотка. Ей удалось открыть дверь первой — благодаря тому, что сосед починил замок.
«Нет, уму непостижимо, наш пострел везде поспел, особенно касательно его обхождения с дамами, замками, строптивыми щенками», — со злостью подумала она и бросила яростный взгляд через плечо.
— И держитесь от моей собаки подальше! — выкрикнула она напоследок и грохнула дверью так, что посыпалась штукатурка.