– Так я и не претендую на твоих детей, – пресек меня Северов грубовато, а увидев, как я раздулась от злости, выдохнул и сбавил тон: – Эль, прекращай хорохориться. Я же хочу тебе помочь. Набегалась ты и без того за сегодня. Хватит с тебя. А я заманался тебя по всем вокзалам искать. Пойдем, – взмахом массивного подбородка с жесткой щетиной указал он на выход. – Сядем в кафе, поговорим. В спокойной обстановке обсудим, что мы будем дальше делать.
– Мы? – разинула я рот. – Да что вы говорите такое? Нет никаких нас.
Вот нет чтоб согласиться, а я снова взбрыкнула в защитной реакции, но потом всё же захлопнула варежку и взяла все свои эмоции под контроль.
Как бы то ни было, но, похоже, этот Северов – единственный человек в округе, который хоть что-то делает для меня и моих деток. Глупо с моей стороны отказываться от его помощи. Может, он не такой уж и плохой. Искал вот меня по вокзалам, а законному мужу хоть бы хны, где мы, как мы, хоть сгинем, ему наплевать.
– Хорошо, ваша взяла. Давайте обсудим ситуацию, коль уж не шутите, – сдалась я, ну просто выдохлась уже, устала, да и детишки пока сладко спали. Сейчас самое время расставить все точки над “i” и разойтись с миром по разным сторонам.
– Отлично, – довольно ощерился майор. – Покладистой ты мне нравишься больше.
Нравлюсь больше? Ах, ему нравятся покладистые? А норовистых стороной обходит?
Он же не флиртует со мной? Да нет, вряд ли…
И мы двинулись к выходу. Северов уверенным шагом шел впереди, а я плелась за ним следом, ничего не видя перед собой, кроме него самого. Ну и стена, конечно. Такую ничем не возьмешь, не снесешь. Настолько у него впечатляющее телосложение, что переноски в его ручищах казались игрушечными. И тут в моей голове пронеслась мысль, что ему очень идет этот образ заботливого папаши, но я сразу же отмахнулась от нее. Еще чего…
– А ну-ка, подержи, – Гордей сунул мне переноски в руки, когда мы оказались на торце вокзала.
– А вы куда? – перепугалась я чего-то, сама не поняла чего. Наверное, подумала, что Северов всё же решил меня бросить. А это добило бы меня окончательно.
И когда он начал от меня отдаляться, шагая к темному закутку, откуда жутко воняло помоями, я чуть было не выкрикнула: “Мужики, да все вы одинаковые! Сначала давай вместе, а потом разбирайся-ка ты сама”, но вовремя прикусила язык.
– Стой, где стоишь, я сейчас! – бросил Гордей, а после слился с темнотой, и я ничего больше не видела, как бы ни пыталась напрячь зрение.
А вот слух меня не подводил. Я слышала столько отборного мата, что у меня уши в трубочку сворачивались. Некоторых слов я даже не знала, но звучали они уж очень неприлично и колоритно. А потом маты разбавил противный писк и на меня побежало из темноты что-то…
Как только поняла, что это десятки жирных крыс бросились от Северова врассыпную, я как раскрыла рот, намереваясь завизжать, да вот только материнский инстинкт научил меня одному важному правилу: если надо поорать, ори в себя. Так и проглотила свой испуганный визг и вжалась спиной к стеночке здания.
Следом из темноты выплыла могучая фигура Северова.
– Танцуй, Элечка, – протянул он самодовольным тоном, держа руки у себя за спиной. Неужели сумку нашел?
– Танцевать? Вы сейчас серьезно? – изумилась я, хлопая ресницами.
– Серьезней не бывает, – кивнул он и выжидающе посмотрел на меня.
– А вас ничего не смущает? У меня же дети, – нашла я в своей пустой голове, как мне показалось, весьма уважительный предлог, а ему хоть ты тресни.
– А ты попробуй, – настаивал.
Для вида я таки сделала пару неумелых па, поняв, что Северов так просто не отвяжется. Правда, тем самым я только рассмешила майора. От его грудного смеха морозный воздух завибрировал.
– Забавная ты, Эля. Ну ты чего? Я же пошутил, – он подошел ко мне, вынул из кармана какой-то прозрачный пакет с защитным клапаном, расправил его и вложил внутрь мою сумку, словно вещдок.
– Вы и правда нашли ее! – воскликнула я радостно, не сразу поверив своим глазам.
Но нет. Это была моя сумка. И брелок висел на месте.
– Ага, внутри паспорт и папка с документами. Только пусть пока побудет в сейф-пакете, – закрыл он клапан на пакете и сунул под мышку, следом достал из кармана влажные салфетки и стал усердно вытирать свои руки. – А то еще, не дай бог, заразу какую подцепишь. Дома лучше продезинфицируй.
– Так и сделаю. И это… Спасибо вам большое, не знаю, что бы я без вас делала, сама бы я точно туда не полезла, а вы… Вы отважный, грязи не боитесь… И грызунов, – рассыпалась я в благодарностях и комплиментах, уже и позабыв, что изначально разговор у нас с ним не заладился.