— Ты давай, Эль, сделай быстро свои женские дела, — скомандовал Северов возле белой двери туалета, и я, хоть и покраснела, но спорить не стала.
Справилась быстро, гораздо больше времени потратила на то, чтобы тщательно протереть антисептическими салфетками обнаруженный в туалете пеленальный столик. Торопилась, ведь дети за дверью уже похныкивали.
А когда открыла дверь, чтобы взять детей, Гордей решительно шагнул внутрь.
— Ты куда? Я сама, — я просто оторопела, не ожидая, что он примется мне помогать в таком деликатном деле.
Неужели будет переодевать детям памперсы? Но это еще ладно. Как я их буду кормить в его присутствии?
— Сама, сама, — проворчал майор, ставя переноски на пол, а потом наклоняясь к одной из них и осторожно вытаскивая Дениску из нее, — детей двое, а ты одна, как собралась справляться? Хватит упрямиться, Эль, я тебе на что? Вдвоем-то точно побыстрее будет. Смотри, и Денька не против. Да, бутуз?
Дениска захлопал своими маленькими глазками, недовольно кривясь. Весь изворачивался в сильных мужских руках, то ли с непривычки, то ли из страха перед незнакомцем. А на лице Северова проглядывала такая несвойственная ему неуверенность. Он даже стал переминаться на месте, глядя то на малыша, то на пеленальный столик. Видно было, что боится ошибиться и сделать что-то не то.
— Давай я сначала с Настёной разберусь, — я предложила это, чтобы разрушить неловкость, а еще для того, чтобы показать неопытному отцу пример. — Я сама справлюсь с обоими, — настаивала, — ты просто подержи ребенка пока…
Напрягать Гордея сверх меры мне совсем не улыбалось. Пусть он отец детям, но во мне никак не могла угнездиться мысль, что кто-то мне помогает. Вадим не проявлял к детям любви и заботы, он считал, что это не мужское дело. Я смирилась и не требовала у него того, чего он дать не может или не хочет, хоть внутри и сидела обида и разочарование.
Теперь-то я знала, что так он прикрывал свою к ним нелюбовь, он так и не принял моих детей.
— Эль, они же оба влезут, — разместился рядом со мной майор и уложил Дениску возле сестры, — показывай давай, что делать. Я только руки помою.
И отошел к раковине, на стене у которой, к счастью, имелся дозатор с мылом. И даже бумажные полотенца. С заправкой нам повезло. Тут было чисто и даже приятно пахло.
— Ну давай попробуем, — вскинула я на него глаза, а потом стала шустро раздевать сопревшую Настёну. — Снимаем комбинезон и…
Гордей повернулся ко мне с вопросом, да так и застыл. Его лицо оказалось ко мне слишком близко, а я вдруг поняла, что еще чуть-чуть, и мы коснемся друг друга носами. Меня как током прошибло. Совершенно неуместные, давно позабытые ощущения всколыхнулись внутри. Тяга к мужчине, который волнует. Затрагивает женскую сущность.
Я ведь, что бы ни случилось, женщина. Та, что нуждается в мужской ласке, прикосновениях, нежных словах и заботе. В твердом мужском плече.
Но разве я имею право засматриваться на Гордея? Пусть он и кажется почти идеальным рыцарем в сияющих доспехах. Ни в коем случае. Что он обо мне подумает? Он же четко сказал. К детям не готов, занят на работе, холост, и это всё его устраивает.
Одно то, что он помогает, уже большая удача. А то мог бы наплевать на наше появление у ресторана, и бог знает, чем бы всё это для нас с малышами обернулось.
Так что нет. Он не должен узнать, что понравился мне. Буду тщательно скрывать.
Голос осип, и дыхание сперло. Я вдруг стала неловкой, смущающейся. И только необходимость заботы о детях привела меня в чувство.
— Теперь надо снять только низ бодика, целиком снимать не нужно, — подсказывала я, расправляясь с розовым бодиком, а Гордей делал то же самое с голубым.
Его руки двигались ловко, когда он стянул подгуз с малыша и оглянулся в поисках урны. Я взяла из его рук оба памперса и отправила их по месту назначения. Вернулась к Настёне. Она сразу же мне улыбнулась, а вот Дениска, оказавшийся в чужих руках, вроде как нервничал.
Боевое крещение отца началось.
Глава 10
Эля
— Итак, Эль, что дальше делать? — Гордей постепенно наполнялся энтузиазмом, что несомненно вызывало как умиление, так и восторг. — Ты меня веди, я ж в таких делах вообще полный ноль.
Я выдернула из упаковки горстку влажных салфеток, парочку из них передала Северову.
— А дальше тщательно протираем и не забываем про складочки, — показала пример на Настюшке, а майор внимательно следил за каждым моим движением.
— Пу-пу-пу, — настроившись, Гордей стал медленно водить салфеткой между ножек Дениски, настолько аккуратно, словно не ребенку подгузник собирался поменять, а работал над обезвреживанием бомбы. — Я, конечно, всякое за свою жизнь повидал, но таких крошечных пипирок мне еще не доводилось видеть.