— Это еще ничего не означает, — сухо говорит Рассел трубным басом. За короткое время я научилась различать их голоса. — Ты не старейшина, чтобы так уверенно рассуждать, Дрейк, — понимаю, что обсуждают меня. — Мы слишком молоды, чтобы помнить приходящих, но говорят, что в эти времена всегда случаются необъяснимые вещи. — рассудительно говорит он.
— А, если Дрейк прав? — вставляет тонкий испуганный голосок, напоминающий писк. — Если она действительно… — последнее слово Пит побоялся произнести вслух.
— Богиня? — хмыкает Рассел. — Еще вчера ты был уверен в обратном!
— Никто не знает, как она выглядит… — неуверенно говорит парень.
— И появится ли, когда-нибудь. — отвечает Рассел. — Дрейк, то, что ты видел, могло быть обманом. Надо же такое выдумать? Звезды! Стоило тебе заговорить, как они тут же появились! Эта девица, колдунья, очаровала тебя, и надеется, что ты поможешь ей сбежать, или уничтожить всех нас. Мы не знаем, какие у нее цели.
— Рас, я видел то, что видел. Нельзя отметать все варианты! — отвечает Дрейк. — Я редко ошибаюсь в людях, и в ней… что-то есть.… Это сложно объяснить.… Неужели, ты не заметил там, в пустыне?
—Нет! — резче, чем следовало, отвечает Рассел. — Всего лишь чокнутая девица, криво стреляющая по камням.
— На счет кривизны, я бы поспорил. Видели, как она уложила Дэна одним выстрелом? — робко вставляет Пит.
— Говорю же вам, звезды были настоящими, они исчезли, пока вы крепко спали. Я в жизни не видел такой красоты. Налана необычная… — восклицает Дрейк.
Устав слушать их перепалку, намеренно резко открываю дверь, возвещая о своем присутствии. Разговор тут же замолк, но к удивлению, сегодня остальные двое охотников не бросали на меня испепеляющих взглядов. Кто знает, во сколько они встали, и сколько успели обсудить, пока я видела седьмой сон? Но чувствуется, что рассказ Дрейка не оставил их равнодушными. Мужчины смотрят, скорее с выжидательным интересом, чем с ненавистью, словно на диковинную зверюшку, которая с минуты на минуту расправит крылышки и взлетит в воздух, при этом выкакав золотое яичко.
— Доброе утро, — тихо говорю я, садясь на песок возле недавно потушенного кострища ближе к Дрейку.
— Доброе, будешь завтракать? Мы оставили тебе немного, — неожиданно спокойно говорит Рассел, протягивая мне миску с кусками теплого мяса в густой подливе. Не знаю, что это, главное— съедобно и весьма неплохо. За последние дни вкусовые рецепторы перестали капризничать. — Как думаешь, они починили пикап? — непринужденно обращается он к Дрейку, чтобы чем-то заполнить образовавшуюся паузу, но в воздухе чувствуется повисшее густое напряжение.
— Надеюсь, — задумчиво отвечает он, потерев подбородок. — Без колес будет совсем туго, на себе много не унесешь…
— Кстати, откуда у вас автомобиль? Да еще и на ходу? — осторожно спрашиваю я.
— Иногда древние руины преподносят подарки, — миролюбиво отвечает Рассел. — Его нашли на границе пустоши, лет сорок или пятьдесят назад. Хотя, сокровища разбросаны по всей пустыне, нужно только знать, где искать.
— Ты закончила, Налана? — спрашивает Дрейк, бросив взгляд на пустую миску в моих руках, на что отвечаю утвердительным кивком. — Хорошо, тогда пора выдвигаться. Невар всего в паре часов пути.
Мы вновь двинулись вперед под палящим солнцем, медленно оставляя за спинами убогий сарайчик, неумолимо приближая меня к неизвестности. Как и вчера, Рассел с Питом отошли от нас на небольшое расстояние, позволив разговору мирно течь. На этот раз пришел мой черед задавать вопросы.
— Дрейк, ты упоминал о Богах, но как я поняла, поклоняетесь вы только одной Богине, Налане? Кто тогда остальные? — с нескрываемым любопытством спрашиваю я.
— Ночью ты ответила на все свои вопросы, — задумчиво говорит он, но поймав мой непонимающий взгляд, продолжает. — Налана была первой, с самого сотворения мира, вернее, она создала наш мир. Создала землю, по которой ходим, воздух, которым дышим, и небо над головой. Есть и второй, но он редко появлялся в Севаре, его культ не так велик, а Сила не была такой обширной и нерушимой. Легенды говорят, он носит имя Дьявола. Я не очень разбираюсь в древней истории, если интересуешься, спроси у Лары, когда прибудем. Она мастак в этом…
Тихо хмыкаю про себя, стараясь скрыть разочарованную улыбку. Однако в голове и без рассказа Дрейка понемногу складывается определенная картина. Люцион… — искаженное имя Дьявола. Получается, он Бог Севара на пару с этой таинственной Наланой. А может, со мной? Тогда, отчего он не помогал своему миру, оставил разлагаться, словно выброшенный в жару кусок мяса? Возможно, он и есть Дьявол, а все это очередной адский круг? Нет, стоит заканчивать с размышлениями, они могут увести в глухие дебри, затмив собой истину. Поэтому перевожу разговор к другому интересующему вопросу.