- Что еще?!!
- Из Санта-Доры прется сюда всякий сброд. Охрана открыла огонь, но они накапливаются в оврагах...
Оттолкнув Мануэля, Флетчер схватился за телефон. Столица долго не отвечала, потом молчало посольство. Наконец ответили, и Флетчер, дрожа от нетерпения, потребовал позвать посла или атташе. Он кричал, просил, умолял атташе прислать надежные части, грозил гневом Пентагона и президента
-- Довольно, Флетчер,-сказал в трубку атташе.- И президенту, и Пентагону известно обо всем. Из Вьетнама сюда срочно перебросили особые команды, вполне надежные и проверенные. Они прибудут в ближайшие
часы, держитесь пока своими силами. Да, кстати, у вас есть данные об этой машине, из-за которой пошла заваруха? Вам следовало бы явиться в столицу, ведь вы лучше, чем кто-либо, знаете это дело.
Флетчер бросил трубку и приказал;
- Быстро в машину! Летим в столицу, пропади все...
Со всех четырех стен лаборатории, как из осажденной крепости, строчили пулеметы и автоматы охраны. Флетчер взбежал по ступенькам угловой башенки и в амбразуру осмотрел местность. Похоже было, что рабочими отрядами руководил опытный военный. Сосредоточившись в оврагах и за холмами, наступающие вели прицельный огонь из карабинов. У прочных стальных ворот на асфальте зияли две неглубокие воронки, оставленные ручными гранатами. Среди солдат охраны имелись убитые и раненые.
- Возможно, они разоружили санта-дорскую полицию,-сказал Флетчер.-Нам нельзя улетать.
Он обошел все башни, распорядился выдать оружие инженерам и научным сотрудникам и побежал в кабинет-звонить в столицу. Но тут у ворот что-то сильно громыхнуло, так что полетели стекла из окон кабинета. Он бросил трубку и выскочил во двор.
Охранная башня над воротами дымилась после взрыва, полуразрушенная. На лестнице вниз головой лежал солдат с разбитым автоматом. Снаружи в ворота ломилась толпа, с соседней башни били пулеметы, но площадка у ворот плохо простреливалась. По двору к подорванной башне бежали Мануэль и несколько солдат, а также сотрудники с автоматами. Кое-кто был еще в белом халате, и сружие в их руках выглядело нелепо.
- Гранаты, Мануэль, гранаты! - крикнул Флетчер.
И тут из кустов, окаймлявших двор, выбежала длинная тощая фигура, безоружная, беззащитная, жалкая в этой стрельбе и грохоте.
-Шпеер!-заорал Флетчер.-Назад, Шпеер!-и выстрелил.
Но Шпеер уже добежал до ворот и откинул два тяжелых засова. Распахнулись ворота, толпа повстанцев хлынула во двор, сбила и растоптала Шпеера...
Глава 24.
- Бедный герр Щпеер,-пробормотал Багров.-Он так хотел тишины, одинокий человек.
- Мы с Мануэлем тогда подумали, что он свихнулся и хотел бежать. Но теперь-то я понимаю, что это не было безумием или страхом. Ведь он помог бежать вам из лаборатории! Да, а лаборатории больше нет. Они, конечно, все там разнесли. Я, Мануэль и два солдата едва успели добежать до вертолета и взлететь.
- А сейчас, отсюда, вы собирались удрать в Америку?
- Мы собирались в Кхассаро.
- Зачем?
- Полиции удалось установить, что Гарри Богроуф и доктор Эдвард Беллингем-одно и то же лицо. В Кхассаро забросили группу американских десантников рейнджеров, подготовленную к диверсиям в альпийских условиях. Вы умный человек,Богроуф, и конечно придумали что-нибудь, чтобы в случае провала вашей акции "Верита" не досталась нам?
- Там мой помощник...
- Так я и думал! И установка, надеюсь, заминирована? Ну ничего, наши парни справятся. Лучше бы там был я, но, к сожалению... Как видите, уважаемые коллеги по камере, шансов у вас никаких. С минуты на минуту здесь появятся американские солдаты, и уж будьте уверены, их не собьют с панталыку никакие импульсы. Они твердо усвоили свою правду-чем больше убитых врагов, тем больше долларов в кармане, а на остальное им наплевать. Поверьте, джентльмены, ваша карта бита.
- Можно подумать, Флетчер, что вы больше всего обеспокоены нашей участью,- засмеялся Слейн.
- Больше всего-своей. Но наши участи взаимно связаны.
- Пока что связаны ваши руки.
- Вот именно-пока! Даже если вы меня убьете, вам не спастись. Эти ребята из Вьетнама... О, джентльмены, я вам не завидую! Дайте-ка сигарету, Богроуф.
- Я вижу, сэр, вам очень хочется сделать какое-то предложение. Валяйте, сэр. Одно ваше предложение мы уже приняли.
- Поверьте, джентльмены, я сумею оплатить то, что проиграл. Гарантирую вам свободный выход отсюда и чек в двести тысяч на предъявителя.
- Неплохо для начала. Ну а "Верита"?
- Но "Верита" еще не в моем распоряжении!
- Довольно, Флетчер,-сказал Багров.-Вы прекрасно знаете, что стоит нам выйти с аэродрома, как в нас вцепятся другие ищейки, которые никаких гарантий и клятв не давали. Нет, мы хотим действовать наверняка. Пока не знаю, как именно. Знаю только, что нас устраивает свобода и "Верита" или гибель моя и "Вериты".
Багров сидел ссутулясь, поглаживая следы наручников на запястьях. Слейн лежал на полу рядом с Флетчером и дымил сигаретой. Флетчер повернулся набок и закрыл глаза, связанные за спиной руки беспрерывно шевелились.
Неожиданно он сказал;
- Я очень хотел бы убить вас, Богроуф. Уж больше я не стал бы ввязываться в бесполезную болтовню с вами. Хватит! Но вот что странно... По правде говоря, нисколько мне не жаль гестаповца. Хоть он и был моим союзником,-Флетчер открыл глаза и посмотрел на Мануэля.-А вот вас, убив, пожалел бы. Чудаки вроде вас внушают уважение, как ни удивительно, И какую карьеру могли бы сделать, если бы...
Он привстал и насторожился. В коридоре раздавались голоса, поспешные шаги. Где-то наверху ударила автоматная строчка.
- Ага!-торжествующе крикнул Флетчер.-Вот они, ребята из Вьетнама! Все, джентльмены! Спешите принять мои предложения! Еще несколько минут-и, пожалуй, будет поздно!
Короткая очередь протрещала совсем близко, внизу, в коридоре. Кто-то закричал. В дверь толкнулись. И знакомый голос;
- Сеньор Слейн! Вы здесь? Откройте же, это мы!
- Рамон! Гарри, это Рамон! Клянусь чековой книжкой мистера Флетчера!
Журналист отбросил табуретку и обнял вбежавшего Рамона, от радости чуть не упав на тело Мануэля, В камеру вошел бородач - тот, с баррикады,- и несколько человек из его отряда.
- Живы! Рамон так и говорил, что вы должны быть живы. Товарищ Армандо очень торопил нас, но пришлось драться с полицейским отрядом на подступах к аэродрому, Не ранены? Выходите же, сеньоры, Армандо велел доставить вас на фабрику.
- Вставайте, сэр,-Слейн поднял за шиворот Флетчера.-Мы тоже хотим выступить с каким-нибудь предложением, теперь наша очередь.
- Кто это?-спросил бородач.
- Преступник. На его совести целые селения.
В коридоре лицом вниз лежал сыщик, рядом валялась измятая и истоптанная панама.
- Из Сан-Гвидо прислали оружие, и теперь наши подошли к самому центру. В наших руках вокзал, телеграф,- рассказывал на ходу Рамон.
- Ты знаешь дорогу, Рамон,-сказал бородач.- Выводи дворами, на больших улицах еще постреливают из домов. С вами пойдут трое, а мы остаемся на аэродроме.
Шагая рядом с журналистом, Рамон весь кипел от переполнявших его впечатлений.
- С передовой баррикады уже видна редакция "Экспрессе"! И наши разведчики дважды подбирались к американскому посольству и обстреливали. Я потихоньку пишу репортажи, сеньор Слейн, когда выдастся свободная минута. Ведь скоро будут выходить газеты, не правда ли, сеньор Слейн? В них будут писать обо всем, писать так, как оно есть!
- Были и прежде газеты, писавшие обо всем так, как оно есть.
- Я знаю, вы сотрудничали в них,- из уважения Рамон даже перестал жестикулировать...-Но ведь большинство газет лгало! И уже никто не Мог понять, чему верить. Читаешь статью-как будто все верно, а сам думаешь, не новый ли трюк? Но это должно же было когда-то кончиться!
Флетчер, бледный и помятый, со связанными руками, угрюмо шел под дулами автоматов двух бойцов. К разговору журналистов прислушиваться не хотелось, злость на себя, злость на все, на всех кипела в нем, звала к действию, к рывку... Злость искала выхода. Именно он первый уловил далекий, все возрастающий гул... Флетчер поднял голову.