Дальше все произошло очень быстро. Согнутый Иван чуть приподнялся над стулом, ухватил его за сиденье, после чего стул резко опрокинулся назад, а его передняя ножка задралась вверх, где и встретилась со всего маха с промежностью агрессора. Здоровяк издал эдакий полувсхлип и, схватившись за поврежденную часть тела, со стоном согнулся пополам. Иван же вдобавок к этому резко распрямился, со всего маху врезав еще макушкой в наклонившееся лицо швейцарца. В результате тот грохнулся на пол, где и остался лежать, свернувшись калачиком, подвывая и баюкая больное место.
На какой-то миг в пабе повисла тишина, после чего собутыльники нападавшего вскочили из-за стола и стали выбираться в проход, где уже стояли оба собровца. Но время было упущено. К месту конфликта уже подскочили двое дюжих ребят с резиновыми палками по типу полицейских на поясах, и буквально через несколько минут вся пьяная компания была выдворена из заведения, а на столе друзей появилась запотевшая литровая бутылка «Белуги» от администрации паба – в качестве компенсации за причиненные неудобства.
– Так на чем мы с вами остановились, Иосиф Маркович? – абсолютно спокойно, словно ничего и не произошло, спросил Сергей.
– На подписании контракта, аналогичного тому, что вы подписали с Абрикосовым, – промямлил вновь ошарашенный Иосиф Маркович.
– Извините, Иосиф Маркович, но вынужден вас разочаровать. Мы не можем подписать с вами контракт на таких же условиях.
– Но почему? – удивился адвокат.
– Почему, почему… По кочану! – буркнул Иван, прикладывая к голове смоченную водкой салфетку.
– Иосиф Маркович, а вы не просветите нас поподробнее, из-за чего возник тот конфликт, в котором ваш Яша убил племянника Безарта?
– Я что-то не пойму… Какое отношение это имеет к нашему вопросу?
– Да самое прямое, старый ты лис! – рыкнул Дикий, морщась от боли.
– Да как вы… – вскинулся было на него Иосиф Маркович и замер на полуслове.
Сейчас перед ним сидел совсем не тот человек, что совсем недавно вошел в паб. Куда-то делся тот хамоватый разгильдяй, который своими выходками постоянно сбивал его с настроя и с мысли. Сейчас перед Иосифом Марковичем сидел тот же боец, которого он недавно видел в «Рубиконе» – жесткий, собранный и какой-то… неотвратимый, что ли.
– Вот это правильно, Маркыч, помолчи, а я за тебя расскажу. Твой племянник Яша тебе жизнь спас. Ты умудрился ввязаться в судебный процесс, пообещав Безарту отмазать его бойца. И облажался по полной, в результате чего боец этот поехал дороги строить, а в этом мире это билет в один конец. Вот Цана и решил спросить с тебя, как с понимающего. И если бы не твой племяш, что остановился у тебя проездом, прикопали бы тебя прямо там, у тебя на газоне. Есть у тебя газон?
Совсем потерявшийся адвокат только кивнул головой, как китайский болванчик.
– Вот и прикопали бы. А ты нам тут горбатого лепишь. И человека, что тебе жизнь спас, с дерьмом мешаешь! Родственника своего! Вот кто ты после этого? – И, уже обращаясь к другу, продолжил: – На хрена он нам такой?
– Вот видите, Иосиф Маркович, – снова взял слово Сергей, – у нас есть веские причины отказать вам в подписании контракта, аналогичного тому, что мы подписали с «Рубиконом». Я думаю, если мы поможем вам избавиться, скажем так, от опеки албанцев, то это можно будет рассматривать как пятидесятипроцентный вклад в ваш бизнес. И еще одно наше условие – вы будете заниматься нашими делами в первоочередном порядке.
– Ну и какой мне смысл менять шило на мыло? – горько усмехнулся Бронштейн.
– Есть смысл. Хотя бы потому, что шила для тебя, Маркыч, нет, – очень серьезно сказал Дикий и, расстегнув пуговку, выложил из нагрудного кармана рубашки диктофон. – Если Безарт узнает о том, что здесь и сейчас происходит…
– Иван прав. Смысл есть. Нам не нужны бесплатные услуги. Вы будете заниматься нашими делами по стандартному ценнику.
– Думаю, взаимозачетом рассчитаемся, – буркнул Ванька, проверяя, остановилась ли кровь, текущая из раны.
– Я думаю, основные вопросы мы обсудили. Как только мы сможем решить ваш вопрос с Безартом, подпишем договор. А пока я попрошу вас подготовить бумагу, которая бы вас устроила и которую должен будет подписать Цана, – продолжил Конан. – Ну а сейчас… Предлагаю по последней – и по домам, время позднее. Ваня, я понимаю, ты раненый герой и все такое, но руку за столом менять не будем – разливай!
17 Снова албанцы
Иван, на ходу накидывая разгрузку, ворвался в подвал, где Конан, как обычно, колдовал над патронами.