Выбрать главу

Связки у Селиванова оказались крепкими. Теперь нырок под колючую проволоку, и по-пластунски вперед! Ряды проволоки над головой казались бесконечными. Нет, ну как же низко она натянута сегодня! Приходится буквально вжиматься в землю, иначе зацепит комбинезон, и застрянешь под ней, точно рыба на крючке перемета. Ага! Наконец-то!

«Не разучился еще, – отстранено подумал Александр, вспрыгивая на бревно, которое, раскачиваясь, висело на подвесках над таким же, как первый, рвом. – Теперь главное – не потерять балансировку. И успеть набрать скорость на этом проклятом бревне! Впереди – огонь! Так... Еще чуточку... Еще шаг, чтобы выйти на толчковую... Пора!»

Сразу за подвесным бревном на трехметровом стальном листе был разлит полыхающий напалм. Гудящее пламя вставало выше человеческого роста. Тут вся штука в том, чтобы пролететь сквозь огненную завесу достаточно быстро, иначе можно и шевелюры лишиться! Импульс, набранный Селивановым на балансире, оказался достаточным. Темная фигура спецназовца с вытянутыми вперед руками пронзила языки пламени. В лицо ударило палящим жаром, но стена огня осталась позади! Александр спассировал падение, перекатился и распрямился, словно пружина. Теперь пробежка по песчаной горке с уклоном в сорок пять градусов. Едва ли не самое сложное... Песок под берцами оползал, становилось все труднее поддерживать размеренный ритм дыхания...

Получасом ранее в ворота полигона въехала черная служебная «Волга». И хотя ее пассажира на КПП прекрасно знали в лицо, но документы у него и его шофера все же проверили: порядок есть порядок!

Кто-кто, а генерал-майор ГРУ Барецкий бывать здесь имел полное право. Павел Николаевич не имел обыкновения откладывать дела в долгий ящик: после короткого разговора с Александром Селивановым на крылечке Академии генштаба, а пуще того после упоминания об этом человеке на оперативном совещании, он решил посмотреть на Александра в деле. Выяснить, когда Селиванов будет «работать» на полигоне, труда для генерала не составило. И вот Павел Николаевич здесь. И смотрит. Очень внимательно...

Рядом с генерал-майором стоял и столь же внимательно смотрел на проходящего полосу препятствий Александра невысокий угловатый мужчина лет пятидесяти, с удлиненным неулыбчивым лицом и прилизанными черными волосами, на висках тронутыми сединой. На мужчине была полевая форма с погонами полковника. Начальник полигона Семен Васильевич Тарасов.

По некоторым деталям поведения становилось очевидно: эти двое знают друг друга давно, хорошо и находятся в приятельских отношениях. Сейчас они негромко переговаривались между собой.

Селиванов, меж тем, преодолел, наконец, песчаный откос. Теперь прыжок вниз с шестиметровой высоты... Оп-паньки! Он упал мягко, как кошка, спружинив руками и ногами, двумя перекатами через плечо ушел с линии стрельбы воображаемого противника, одновременно выхватывая из чехла, подвешенного к поясному ремню, малую саперную лопатку. В десяти метрах от Селиванова торчал деревянный столб с пятисантиметровым красным кружком посредине. Неуловимый взмах правой руки, и лезвие лопатки вонзилось точно в середину мишени! Вот и все, полоса пройдена!

– Что скажите, капитан? – спросил Барецкий подошедшего к ним инструктора и указал рукой на Александра.

– Что тут скажешь, товарищ генерал... – развел руками тот. – Штрафных очков – ноль, а время прохождения лучше, чем у меня самого. Мне нечему его учить, как бы не наоборот: у него поучиться следует!

– А как он нож метает! – со сдержанным восхищением произнес полковник Тарасов. – В прошлый раз вообще цирковой трюк показал, уж на что меня удивить трудно! Представьте, Павел Николаевич, берет этот Селиванов десантно-штурмовой нож за кончик лезвия и отвесно роняет его рукояткой вниз. До мишени – восемь метров! И он подбивает падающий нож носком берца по рукоятке. Точно в середину мишени попал, да так, что нож потом еле вытащили!

– М-да... – покачал головой Барецкий. – Прямо Рембо какой-то, отечественной выделки. А как у него с огнестрельным?

– Они сейчас как раз на стрельбище пошли, – ответил начальник полигона. – Пойдемте, полюбуемся...

Александр ожидал своей очереди на огневой рубеж и оживленно беседовал с инструктором по стрелковому оружию, кряжистым светлоглазым мужчиной. Барецкий, подходя к ним, расслышал лишь окончание спора.

– ... А я тебе скажу, Паша, – слышался спокойный голос Александра, – что «АКС-74у» продуман неважно. Смотри: автомат не предназначен для стрельбы дальше, чем на двести – триста метров...

– Можно и на пятьсот, и дальше, – возразил ему инструктор.

– Можно, – кивнул Александр, – но совершенно бессмысленно. У него огромный разброс. Он «плюется», да еще и перегревается. Это, Пашенька, оружие для ближнего боя, но тогда зачем такой мощный по энергетике патрон? Такой патрон хорош для длинноствольного оружия, для пехоты, а не для диверсионного спецназа. А так что мы имеем? Такой мощный боеприпас используется только на короткой дистанции. Это неразумно.

Генерал-майор довольно кивнул: он был абсолютно согласен с мнением Селиванова. Надо же, парень и соображать умеет очень неплохо! А ну-ка...

– Здравствуй, Александр!

– Здравствуйте, товарищ генерал! – казалось, Селиванов ничуть не удивился появлению Барецкого, но в глазах его вспыхнул огонек. Александр догадался, зачем здесь генерал-майор. Вот они последствия того разговора после лекции! Ему вроде как смотрины устраивают...

– Какое бы оружие ты выбрал для себя? – спросил Барецкий. – Ну, скажем, из отечественных пистолетов?

Селиванов некоторое время молчал, раздумывая, а затем уверенно сказал:

– «Бердыш». Замечательный пистолет Стечкин разработал! Три сменных ствола под три разных калибра: «ТТ», патрон «парабеллум» и нашу девятку, причем и обычный, и усиленный. Допустим, мне нужно достать противника в бронежилете. Отлично! В течение нескольких секунд я меняю ствол, ставлю патрон «ТТ». Пятнадцать патронов в магазине, три магазина с собой, и я вооружен на маленькую войну. В другой ситуации можно поставить обычный пээмовский патрон и действовать с ним. Третий ствол удлиненный. В этом варианте, с одной стороны, он даст большую точность, с другой – можно навинтить глушитель. Да, такое оружие я хотел бы иметь!

– А из импортных моделей? – продолжал Павел Николаевич.

– Хм-м... «Чезет-775» в обычном варианте или компактный. Хорошее оружие «беретта-92», но оно тяжеловато, им нелегко управлять.

– Да-а, – с уважением протянул генерал, – губа у тебя не дура, и вкус отменный. А если, скажем, штурмовая акция? Или, наоборот, тебя штурмуют? Даю вводную: тебе необходимо перекрыть плотным огнем около ста квадратных метров. Расстояние до противника – триста метров. Что выберешь?

– Я бы взял, – вновь подумав немного, ответил Александр, – тяжелый пистолет-пулемет, скорее, это был бы «бизон». Есть еще такая новая разработка, тоже на девять миллиметров, малогабаритный, называется «вихрь». Говорят, что по эффективности стрельбы и надежности работы это нечто потрясающее. Но я про такую машинку только слышал, самому в руках держать не приходилось.

– Вот сейчас и подержишь! – усмехнулся генерал и повернулся к начальнику полигона: Есть у тебя в хозяйстве такие автоматы? Ах, у тебя все есть... Отлично! Распорядись, чтобы принесли.

«Что касается теории стрелкового оружия и тактики его применения, – подумал Барецкий, – тут ты профессор, тут ты, пожалуй, меня, старика, за пояс заткнешь. Посмотрим, как отстреляешься!»

– А два «вихря» можно? – словно прочитав генеральские мысли, негромко спросил Селиванов. – Хочу один фокус показать!

«Раз уж выпал такой шанс, – думал он, – так надо его использовать на всю катушку. Показать все, на что способен. Надо его удивить!»