А пол дощатый украсим ковром.
Глаза прикрыты, улыбка блуждает,
На свежем лице румянец виден…
Я знаю, она меня соблазняет,
И я соблазняюсь, и взгляд мой бесстыден…
Рисую белым по белому,
По памяти,
Всё плотнее
Заворачивая в метель
Мраморную,
Ненаглядную,
Любимую женщину,
Сказочную,
Непредсказуемую,
С ветреным настроением,
Проказницу,
Мою Данаю,
Рисую по памяти,
Белым по белому,
Из осколков любви
И счастья
Вечность складываю.
Белый ангел
Белый Ангел метался над Сербией,
Заслонить пытаясь крылом
Любимую землю древнюю
От грозных туч, начинённых свинцом.
Он крылья спалил, от огня укрывая,
Не спас – всё сгорело дотла,
Он плакал, не понимая,
Почему на земле столько зла.
Когда-то у Гроба Господня
О воскресении он объявил,
В надежде на мир сегодня.
Откуда же столько могил?
И стали у Белого Ангела
Чёрными крылья от сажи и копоти,
Пора уже нам – гражданам —
Спасать Ангела с душой растрёпанной.
Белый Ангел летит над Россией,
Как красив он на небе синем…
Выживем или сгинем,
Подавившись деньгами и согнув спины?
Отпраздновали день рождения,
Как на поминках побывали,
Вспомнили всё хорошее
И разбежались.
И потом не звоним, не пишем,
Не встречаемся,
Ждём очередного случая
Повеселиться или поплакать.
Возраст накладывает отпечаток —
Лица скукоживает, души разглаживает,
Хороших делая лучшими,
Плохих – ещё гаже.
Я
Я солнце заслонил,
Я бросил тень,
И в той тени укрылись
И птахи малые,
И муравьи,
И камни серые,
И золота крупицы…
Я осознал,
Я есть,
Я тень бросаю.
Грань перехода
Света в тень
На йоту не размыта —
Вся чёткая,
Прямая,
Я есть,
Я существую,
Я сущность
Неземная.
Тут солнце скрылось,
Тень исчезла,
Я в точку превратился,
Себя не вижу и не ощущаю.
Я осознал,
Я есть,
Я тень бросаю,
Но только
Если солнце светит
Мне в спину
Иль в лицо,
Без солнца я,
Увы, ничто.
Сие открытие
Вмиг превратило
Меня Великого
В Великого
Никто.
Остров семи ветров
Жизнь принимает правильно
Ребёнок или святой,
Я же простой путник,
Бредущий своей тропой.
Бывает, плутаю, теряюсь
В дебрях больших городов,
Сбив ноги в кровь, возвращаюсь
На остров семи ветров.
Остров мой продуваем,
Небезопасен – один в океане,
Но там я с собой в согласии.
Мне подушкою служит камень,
Едою – вода с неба,
Одеждою тёплый ветер,
Там тишина шепчет
И туман снимает запреты.
Остров семи ветров
В бушующем океане —
Это стол и перо,
И чистый лист бумаги.
Остров семи ветров.
Остров жгучих песков.
Остров белых снегов.
Остров моих грехов.
Мудрость
Детство – конфет полон рот,
Без забот, без хлопот.
Старость – знаешь всё наперёд.
Глупость – я всегда прав.
Тупость – глупости генерал.
Жадность – себе, себе, ни тебе, ни вам.
Скупость – ни сам, ни отдам.
Щедрость – не жалко совсем —
Ни себе, ни чужим, всем.
Смелость – сродни звезде —
Летишь, не боясь сгореть,
Навстречу своей судьбе.
Трусость – гнилое болото,
Даже произносить неохота.
Мужество – это долг, это честь,
Это вам не на трон залезть.
Предательство – продавательство лучших,
Не иуд, а Христов на распятье.
Худшее из грехов.
Честность – путёвка в вечность.
А мудрость – когда промолчать умеешь,
Не учить, не поучать, не давать советы,
А тихонько молчать,
И молчанием утешать, воскрешать…
До мудрости не дорос пока,
Гордынька пока велика.
Смотрю в темноту небес
Смотрю в темноту небес,
Слушаю притихший лес,
Удивляюсь вселенской печали.
Ночь, зима – всё замолчало.
И вот звезда Рождества
На бездонном небе взошла,
И все потянулись к ней,
Подгоняя друг друга: «Скорей,
Свет далёк, но надо дойти,
Не потеряться в пути,
Не озябнуть душой,
Не растерять дары,
Не взлететь высоко,
Не скатиться с горы,
А прийти и предстать,
Всё отдать, ничего не взять,
К вечности прикоснуться
И домой счастливым вернуться.
И собрать за столом родных,
И приветить совсем чужих,
Объявить, что родился Спас,
Он как все, Он за всех,
Он для нас».