— Записывай адрес, подруга, и прихвати чего-нибудь перекусить, — донесся голос Маринки Головановой, дочери одного из отцовских партнеров.
Она-то как здесь оказалась? Маринка была единственной девушкой из их мажорной тусовки, с кем у него вроде бы еще не было секса. А может, уже был? Черт, ничего не помню!
На цыпочках он прокрался по коридору и заглянул в гостиную. Девушка в небрежно накинутом мужском халате стояла у окна и разговаривала по телефону. Стоило ей отключиться, как тут же раздался новый звонок. Да это просто горячая линия, блин!
— Здравствуйте, тетя Милана… да, я с Темой… он спит… хорошо, я перезвоню.
— С кем это ты тут шепчешься? — гаркнул он во весь голос, заставив девушку подпрыгнуть от неожиданности.
— Фу, дурак, напугал! — взвизгнула Марина, резко обернувшись к нему. — Я чуть концы не отдала от страха.
— Не надо тут мне мозги компостировать, — прищурился Артем, уверенно надвигаясь на нее. — Давай сюда свой телефон.
— Ага, разбежался! — воскликнула Марина, пряча гаджет за спину. — Я с тетей Миланой разговаривала, с твоей мамой, доволен? Что не так?
— Какого хрена ей надо? — раздраженно выпалил парень. — Что-то она в последнее время слишком часто о себе напоминает.
— Не говори так о матери, — укоризненно заметила девушка.
— Я о матерях и не говорю, я о Милане. Мать — это не про нее.
— Фу на тебя, — возмутилась Марина. — Именно она попросила за тобой присмотреть, потому что вчера ты был в дрова. Завязывай с коксом, все равно не в коня корм. Нормальных людей он бодрит, а на тебя действует как снотворное, я давно это заметила.
— За собой лучше следи, тоже мне, нянька выискалась, — скривился Артем. — Ты откуда меня забрала и как мы оказались в батиной квартире?
— Мне позвонила тетя Милана и попросила приехать к Кораблевым. Там дала мне ключи от этой квартиры и попросила побыть с тобой до ее приезда.
— Она собирается сюда приехать? — Артем сразу напрягся.
— Ну конечно. Милана Сергеевна вчера специально приехала за тобой, но ты уже был никакой. Вот она меня и попросила. Так что как ты сюда попал, я не знаю, спроси сам у нее.
— Почему она попросила именно тебя? — снова прищурился парень.
— А кого еще? К тому же мы работаем в одной сфере, частенько пересекаемся.
— Ну да, вы же модели, вашу мать! — скорчил гримасу Артем, а затем резко распахнул полы халата девушки и заинтересованно спросил: — Ну что, хоть переспали наконец?
— Закатай губу, придурок! — фыркнула Марина, отступая от него.
— Но ты же разделась догола, или это не твои шмотки валяются?
— Я в плавочках! — вспыхнула она, вспоминая, как вчера с удовольствием прижималась к спящему парню. — Это во-первых. А во-вторых, ты как младенец, без титьки уснуть не можешь.
— Я спать хочу, — зевнул Артем. — Дай мне титьку!
— Да пошел ты, — отскочила от него девушка. — Твой отец присмерти, а у тебя одни титьки на уме! Хоть что-то святое в тебе осталось?
— Что ты сказала, дура? — кровь отлила от лица парня. — Ну-ка повтори!
— Тема, что с тобой? — испугалась его взбешенных глаз Марина. — Я сама вчера слышала, как тетя Милана разговаривала с матерью Анжелки. У твоего отца большие проблемы с сердцем, ведь так?
— Это я и без тебя знаю! — прорычал Артем ей в лицо. — Прошлой осенью ему сделали операцию, сейчас он готовится ко второй, при чем здесь «присмерти»? Откуда ты это взяла, дура?
— Перестань меня обзывать! — огрызнулась девушка. — Я просто повторила слова твоей матери.
— И что еще говорила эта женщина? — прошипел Артем, подходя к Марине вплотную и больно схватив ее за руку.
— Я больше тебе вообще ничего не скажу, — дернулась она, поворачиваясь к нему спиной. — Ты меня пугаешь!
— Извини, — после паузы произнес парень. — Я спокоен, как слон, рассказывай!
— Они говорили, что Владимир Борисович отдает весь свой бизнес государству, потому что не верит, что выкарабкается после операции. Как я поняла, там все очень серьезно. Неужели тебе ничего не говорили?
— Последний месяц его практически не было дома. Вот и сейчас он где-то на Урале или в Сибири.
— А еще я слышала, как мой папа с кем-то разговаривал по телефону и сказал, что Пирогов подарил государству все стратегические активы… — она ненадолго замолчала, а затем уверенно продолжила: — Мол, не оставлять же секреты родины пустоголовому наркоману. Это про тебя, извини.