Пирогов опят ь завис, не понимая, с чего начать.
- Давай так, - наконец решился он, - У нас были с тобой кое-какие договоренности, верно?
- Да, были, - спокойно подтвердил Артем.
- Сейчас можно говорить что угодно, называть кучу разных причин, придумывать правдоподобные истории, которые не позволили тебе их выполнить, но… Если смотреть только на результат, то он радикально отрицательный. Ты ведь не будешь спорить, что это так?
- Не буду, - опять равнодушно ответил Артем, подумывая, как бы побыстрее отсюда исчезнуть.
- Но я ведь могу сказать и по-другому, - пристально глядя прямо в глаза сыну, и пытаясь найти там ответы, проговорил Владимир Борисович, - Что ты наплевал на взятые передо мной обязательства.
- Говори, как хочешь, - после непродолжительной паузы огорошил его Артем, - Мне все равно.
- Да что с тобой! – не сдержавшись, громко воскликнул Пирогов, но снова сумел взять себя в руки, - А мне вот не все равно! Что бы там ни было, но как ни крути, ты мой сын, и это возлагает на меня определенные обязательства, которые в отличие от тебя, я просто обязан выполнить. А дальше, хоть трава не расти, все что мог – я сделал.
- К чему весь этот пафос? – наконец отмер парень, демонстративно глянув на часы, - Если у тебя все, то мне пора ехать.
Пирогова чуть не перевернуло верх тормашками. Не в силах усидеть на одном месте, он вскочил на ноги и нарезал несколько кругов по кабинету, демонстративно растирая грудную мышцу.
- Имей мужество дослушать все до конца, - потеряв над собой контроль, взревел он.
- Мне все это не интересно, - не впечатлился его эмоциями Артем и демонстративно поднялся на ноги.
В это время с шумом распахнулась дверь и в кабинет влетела взъерошенная Милана, да не одна а с сыном на руках.
- Дорогой! – завопила она дурным голосом, - Тебе нельзя нервничать! Не дай бог, опять случится сердечный приступ!
Мальчишка, увидев в комнате своего отца тут же протянул к нему свои ручонки, а тот инстинктивно улыбнулся и присев в кресло, усадил довольного Павлика себе на колени.
- Присядь буквально на пять минут, - обратился к Артёму Пирогов, - У меня для тебя есть новости, и я обязан ввести тебя в курс дела.
- Хорошо, пять минут, - согласился парень, возвращаясь на свое место.
Милана по широкой дуге обошла кресло старшего сына и присоединилась к отцу с братом, укоризненно глядя на Артема.
- «Что я здесь делаю?» - пронеслось у него в голове, а Пирогов, тем временем начал говорить.
- Несколько лет назад, исполняя поручение президента по развитию внутреннего туризма в одном уникальном месте начал строиться огромный оздоровительно-горнолыжный центр.
От такого начала у Артема непроизвольно стали расширяться глаза.
Пирогов, не обращая внимание на первые за все это время эмоции сына, спокойно продолжил:
- Ребята, которые засучив рукава бодро взялись за дело, не рассчитали свои силы и на финишной прямой сдулись. Я выкупил этот объект практически за бесценок и оформил на тебя.
- Мимо отец! – вскинул вверх обе руки пораженный Артем, - Я второй раз наступать на одни и те же грабли не намерен. Уж лучше снова на войну!
- На какую войну? – сразу вскинулся Пирогов.
- Неважно, - отмахнулся парень, поднимаясь с кресла, - Мне это предложение не интересно.
- Поздно, ха-ха-ха! – мстительно рассмеялся отец, - Твое мнение в этом вопросе уже никого не интересует, сделка завершена.
- Плевать! – отрезал Артем.
- Мне тоже! – радостно поделился с ним Пирогов, - Но у меня для тебя плохие новости, сын. Ты сейчас можешь выйти отсюда и забыть о нашем с тобой разговоре, как о страшном сне, но поверь мне, «Радужный мост» про тебя не забудет. Объект на контроле лично у президента, там задействована куча народа, привлечено бюджетное финансирование, его тщательно проверяют все имеющиеся для этого у государства структуры, заведено уже целая куча уголовных дел, и теперь вся эта хрень оформлена на тебя. Ты, конечно, можешь попытаться от него избавиться, но проигнорировать его, мой дорогой, у тебя точно не получится. Спасибо можешь не говорить…
Глава 18. Необычное предложение...
Проснувшись на рассвете, Элеонора еще долго нежилась в постели, словно пытаясь удержать ускользающие нити яркого, диковинного сна. Золотые лучи солнца, пробиваясь сквозь неплотно задернутые шторы, ласково касались лица, маня навстречу новому дню, а в душе рождалось трепетное предчувствие чего-то необыкновенного. Она невесомо коснулась кончиками пальцев колечка на руке и, словно подброшенная невидимой пружиной, вскочила с кровати. К ее удивлению, Лиза уже бодрствовала – вновь колдовала над вчерашними подарками, любовно раскладывая их на смятой постели и тихонько напевая что-то себе под нос. Эля улыбнулась и, напевая свой мотив, упорхнула в душ. До детского сада, а затем и до работы она решила прогуляться пешком, с наслаждением вдыхая прохладную свежесть утреннего воздуха. Настроение у Золотинки тоже было на высоте – она, как юркий воробушек, скакала рядом и без умолку щебетала обо всякой всячине, щедро делясь переполнявшими ее положительными эмоциями. До работы Элеонора добралась на полчаса раньше обычного и с изумлением обнаружила там какую-то лихорадочную суету – по коридорам носились разнокалиберные начальники, простых же смертных пока не наблюдалось. – А вот и наша звездочка соизволила явиться! – раздался откуда-то сбоку елейный голос директора. – Как всегда пунктуальна. ' – Интересно, когда это я приходила за полчаса до начала работы? – промелькнуло в голове. – Что-то не припоминаю за собой такого трудового героизма.' – Доброе утро, Самуил Яковлевич, – поздоровалась она, поворачиваясь к приближающемуся мужчине. Тот был одет с иголочки, в безупречно сидящем костюме и галстуке, а рядом с ним вышагивал еще один мужчина, лет сорока – сорока пяти. Он хоть и был одет в простые джинсы и водолазку, но что-то едва уловимое в его манерах подсказывало, что именно он здесь – главное действующее лицо. – Познакомься, Элечка, – с пафосом произнес директор, – это наш куратор из администрации президента, Леонид Федорович Мазур. А это – Элеонора Артуровна Шатрова, наш лучший специалист в сфере организации труда и внутренней логистики. Умница, красавица, гордость предприятия! Важный гость с нескрываемым сомнением окинул взглядом невольно выпрямившуюся Элеонору, пытаясь понять, шутка это или нет. Неужели эта юная особа с чистым, не тронутым косметикой лицом, действительно может быть ведущим специалистом в столь серьезном деле? – Простите, сколько вам лет? – неожиданно низким голосом пробасил он. – Скоро будет двадцать четыре, – робко пролепетала Эля, потупив взор. – Да ну?! – искренне изумился тот. – Я бы вам больше семнадцати ни за что не дал. Самуил Яковлевич весело расхохотался. – Многие попадались на эту удочку, а потом чувствовали себя круглыми дураками. Поверь, стержень у девочки – будь здоров! – Тогда не будем терять времени, – решительно пробасил гость. – Согласен, – подхватил директор и, повернувшись к Элеоноре, сказал: – Пройдемте в мой кабинет, нам нужно кое-что обсудить. Элеонора, если и удивилась, то виду не подала, уверенно шагая следом за мужчинами и ловя на себе полные недоумения взгляды сотрудников, неторопливо заполнявших коридоры офиса. В кабинете они чинно расселись за столом, дожидаясь, когда секретарша принесет поднос с ароматным кофе и изысканным десертом. – Что за утро без твоего волшебного кофе! – довольно проговорил москвич, первым придвинув к себе чашку. – Уже ради одного этого стоило посетить твою обитель. Сделав глоток золотистого напитка, Эля невольно согласилась с высокой оценкой гостя, пораженная новыми вкусовыми ощущениями. – Действительно божественно! – невольно вырвалось у нее. – У меня никогда такой не получается. Мужчины дружно рассмеялись, заставляя ее непроизвольно покраснеть. Когда с легким завтраком было покончено, директор приступил к делу: – Элеонора Артуровна, у уважаемого Леонида Федоровича есть к вам разговор, вернее – предложение. Я прошу вас его выслушать, а со своей стороны хочу заверить, что поддержу любое ваше решение. Эля начала потихоньку напрягаться, вспоминая свое утреннее состояние с предчувствием перемен. За прошедшие пять лет она, как ни парадоксально, привыкла к стабильности, и возможные перемены ее немного пугали. – Леонид Федорович курирует национальные проекты и лично контролирует фактическое исполнение поручений президента, – продолжил директор и повернулся к гостю. – Прошу вас. Тот что-то невнятно крякнул и, с подозрением взглянув на зардевшуюся девушку, открыл кожаную папку, лежавшую перед ним на столе. – Мне нужна ваша помощь, – огорошил он ее с ходу. – Вернее, не мне, а одному зашедшему в тупик проекту. Я уже целый месяц ищу специалиста, способного исправить сложившуюся непростую ситуацию, и вот совершенно случайно узнал о госпоже Шатровой, которая, по словам уважаемых мною людей, способна творить настоящие чудеса. Это действительно так? Хотя вопрос по сути был риторическим, в Элю уперлись два неподвижных вопросительных взгляда, прожигая ее буквально насквозь. Когда дело касалось работы и ее профессиональных навыков, она была спокойна, как сытый удав, еще со школы осознав, что намного умнее большинства окру